Это отличный поцелуй. Поцелуй плохого мальчика. Поцелуй непослушной девчонки. Гаррет притискивает меня к двери, его рот доминирует над моим. Колено прижимается между моих раздвинутых ног, его твердое бедро давит на мою сердцевину. В голове вспыхивают искры, мое тело воспламеняется вновь, как фейерверк на четвертое июля. Я отступаю, беспомощная перед нарастающим приливом.
Занесите в протокол: оборотни хорошо целуются.
В последний момент Гаррет отстраняется.
— Черт, — выдыхаю я.
— Верно, детка. — Он двигает бедрами, и его эрекция касается меня. — Будь паинькой, и ты, возможно, получишь еще одну награду.
~.~
Гаррет
Я сижу, потягивая пиво на диване, смотрю на луну и пытаюсь взять своего волка под контроль. Плохая, очень плохая девочка, убегающая от волка. И то, как она отреагировала на порку… Черт возьми, если мой член еще не проснулся и не готов к действию.
Я слышу шаги в коридоре, прежде чем дверь моей квартиры с грохотом распахивается.
— Потише, — делаю я замечание и вздрагиваю. Я говорю, как отец.
Почему, черт возьми, я думал, что жить с товарищами по стае — хорошая идея? Было весело только после окончания колледжа, но мне двадцать девять, и я владелец бизнеса. Мне принадлежит половина недвижимости в центре города. Может быть, пришло время купить дом, найти пару. Повзрослеть, мать твою. Но это сделало бы меня похожим на отца.
Черт, мой волк взбесился, если я задумался о спаривании.
Трей и Джаред вваливаются внутрь и резко останавливаются.
— Что за… — начинает Трей, его глаза становятся серебристыми.
— Всё хорошо, — говорю я им. Они учуяли Эмбер.
— Что между тобой и человеком? Танк сказал, что ты побежал за ней, — спрашивает Джаред.
Я усмехаюсь. Выглядит так, словно я в отчаянии. — Танк неправ. Я поехал прокатиться, а потом вернулся сюда. Ты знаешь, где я живу.
Глаза Джареда не серебристые, но он поднимает голову, принюхиваясь, как волк, к стойкому ванильному аромату Эмбер. — Но она была здесь.
— Мы с ней немного поговорили. — Я делаю глоток пива, стараясь говорить небрежным тоном. — Она знает.
Джаред и Трей замирают.
— Откуда? — спрашивает Трей. Его плечи напрягаются, как будто он собирается измениться. Джаред садится на стул лицом ко мне. Его спина напряжена, как у хищника в состоянии повышенной готовности.
И они правы, готовясь к обороне. Осведомленность Эмбер — это ответственность перед стаей.
— Остынь. — Я не могу сдержать рычание в своем голосе. — Она одна из нас.
— Что? — Джаред наклоняет голову.
— Ты рассказал ей? — спрашивает Трей, как будто не слышал меня, теребя пирсинг в губе. Он мыслитель стаи. Мне следовало заставить его поступить в колледж, потому что он парень, который до хрена исследует все, что его интересует. Он отличный советник и стратег. — Люди не могут знать о нас, Гаррет, правило…
— Заткнись, Трей, — обрывает его Джаред. Ни для кого из них неуместно подвергать сомнению любое принятое мной решение.
Я выпиваю пиво. — Нет, я ей не говорил. И я в курсе правил стаи. Этот конкретный закон не применялся в течение семидесяти лет.
— Да, потому что твой отец вывернул бы кишки любому оборотню, если бы он когда-нибудь рассказал человеку, — бормочет Джаред. Его глаза тоже серебристые.
— Я не мой отец. — Парни замирают от моего рычания, поэтому заставляю себя расслабиться. — Возможно, именно так мой отец ведет дела, но не думаю, что в этом есть необходимость. Как я уже сказал, она одна из нас.
— Оборотень? — спрашивает Джаред, хотя наверняка уже знает по ее запаху, что это не так.
Я качаю головой. — Экстрасенс. Я ей не говорил. Она догадалась. Или знала. — Я встаю и скрещиваю руки на груди. — Но мы поговорили, и она не собирается рассказывать никому ни слова.
Трей прикусывает губу.
Джаред наблюдает за мной. — Ты собираешься рассказывать Танку?
Мои пальцы сжимаются в кулаки. Танк теперь их гребаный лидер? — Нет необходимости. Она будет молчать.
— Всякий раз, когда ты говоришь о ней, в твоих глазах твой волк, — замечает Джаред. — Мы принимали ставки на то, как скоро ты заявишь на нее права.
Они принимали ставки. Что, вероятно, означает, что вся стая в курсе, что я неравнодушен к человеку. Придурки.
— Я хочу защитить ее, — признаюсь я. И трахать ее до бесчувствия. — Она хороший человек и не искала этих видений. — И мой волк хочет, чтобы она была в безопасности. Сначала я собирался отрицать правду, но по какой-то причине не желал ей лгать.
Я не сумасшедшая, настаивала она, и этим всё сказано. Я не мог позволить ей продолжать так думать. Не мог причинить ей боль. Я альфа. И защищаю слабых. Кем бы ни была Эмбер Дрейк, она одна из моих.
— Она одна из нас, — повторяю я. — Она поклялась никому не говорить, и я ей верю. И мой волк доверяет ей, так что… — Я пожимаю плечами, внимательно наблюдая за языком телодвижений парней. Большая часть моей стаи лояльна, но я нарушаю правила. Один намек на то, что они представляют угрозу для Эмбер, и я сделаю все, что должен, чтобы быть уверенным, что она в безопасности.
— Как скажешь, босс. — Трей опускается на сиденье рядом с Джаредом.
