— Нет, все в порядке. Думаю, он впустил бы нас обратно. — Он сказал, что мы можем использовать клуб для вечеринки в честь приемных семей. Надеюсь, он это имел в виду. — Сегодня утром он помог мне с машиной, но потом…
— Он взял тебя покататься на мотоцикле и бросил в глуши.
— Да. — Я потираю голову. В висках пульсирует, как будто сейчас будет еще одно видение. Замечательно.
— Похоже, парниша не из лучших. Обычно ты не такая безрассудная.
— Я знаю. — О чем я думала? — Между нами возникла связь.
— Что у тебя может быть общего с этим парнем? Он состоит в банде байкеров. Ты проводишь ночи за работой или наводишь порядок в своих бумагах и гладишь белье.
— Ну спасибо. Почему бы тебе просто не назвать меня скучной?
— Эмбер, ты знаешь, что я имею в виду. Я люблю тебя до безумия, но ты — помешанная на контроле. А парень — сплошной хаос.
— Ты не понимаешь. Я чувствовала, что могу открыться ему. Я рассказала ему о видениях.
— Правда? — Фоксфайр вскидывает брови так высоко, что они почти скрываются под челкой.
— Да. Он первый человек, которому я рассказала за много лет, кроме тебя. — Бабушка Фоксфайр была знахаркой, поэтому она выросла, слыша о духовной стороне вещей. Это одна из причин, почему мы так близки.
— Не могу поверить, что ты доверилась такому придурку. Он похож на этакого неандертальца.
— Так и есть, но он нечто большее. У меня был приступ на его глазах, и он позаботился обо мне.
— Когда ты рассказала ему о видениях, как он отреагировал?
При слове «видения» моя голова плывет, и я кладу руку на приборную панель, чтобы успокоиться. — Он поверил мне.
— Что ты видела? — спрашивает Фоксфайр.
— Волка. — Что-то мелькает в пустыне, пока я смотрю в окно. Койот или какое-то другое дикое животное? Гаррет где-то там, бежит в своей другой форме. На мгновение ощущаю вкус горячего, сухого воздуха, проношусь мимо кактусов, бегу на четвереньках. Я — хищник, могучий, не ведающий страха. Неуловимая луна висит под горизонтом, но мою кожу покалывает, когда она зовет меня, приказывая измениться…
— Ты только что сказала «оборотень»? — Вздох Фоксфайра возвращает меня.
— Нет, — качаю я головой, ошеломленная. У меня только что было видение? — Что я только что сказала?
— Ты сказала, что Гаррет — оборотень. По крайней мере, по-моему, ты так сказала. Ты была как бы не в себе.
Черт. — Эм… так называется его мотоклуб. «Оборотни». У них волчья тема. Клуб «Эклипс» (прим. перев. — затмение). Лунные татуировки. Такая фишка. — Пожалуйста, пожалуйста, поверь мне.
— Ладно, как скажешь.
Я молчу, сосредоточившись на дыхании. Постепенно пустыня сменяется городской застройкой и потоком машин. Я закрываю глаза, борясь с головокружением.
— У тебя болит голова? — спрашивает Тесс.
— Немного.
— Ты выглядишь немного больной, иначе я бы взяла тебя на поиски квартиры прямо сейчас.
Я ёрзаю на месте. Хочу ли я уехать из своей квартиры? Не иметь Гаррета в качестве соседа? Нет. Он сегодня облажался, но и я тоже. Было ли когда-нибудь еще доказательство того, что я урод?
— Мне это не нравится, Эмбер. — Фоксфайр хмурится. — Гаррет кажется мне плохим.
— Все в порядке, — говорю ей. — Думаю, теперь он будет держаться от меня подальше. — Не обращаю внимания на боль в сердце. Я едва знаю этого парня. Мне должно быть все равно, если больше никогда его не увижу.
— Просто отвези меня домой, — голос срывается на полуслове. Я не могу лгать себе. Годы в приемной семье, и у меня никогда не было безопасного места, которое могла бы назвать домом. Место, где могу быть собой, семья, которая принимает меня такой, какая я есть.
Вот почему время, проведенное с Гарретом, было таким особенным. На несколько коротких часов я почувствовала, что принадлежу ему.
«Я добралась до дома, не благодаря тебе. Подумала, что ты должен знать».
Читаю сообщение Эмбер, когда вхожу в свой многоквартирный дом. Секунду раздумываю над ответом, но затем пишу сестре.
«Ты почти сутки не писала. Перезвони мне поскорее».
Убираю телефон в карман, пока не раздавил его в руке. Женщины. Может, это и хорошо, что в моей стае одни мужчины.
Волк рвется наружу, когда прохожу мимо припаркованной машины Эмбер. С трудом его удерживаю. Несколько часов бега, погони за кроликами, а я все еще на взводе. Все из-за одной женщины. Я улавливаю ее сладкий запах на лестничной клетке и готов к буйству.
Пара.
