Да я был совершенно нормальным, прежде чем встретил ее. Жизнь была проста. Я знал, что уже никогда не буду тем парнем и почему-то совершенно не волновался об этом. Я вообще не имел никакого отношения к тому парню.
Слегка приподняв, я вытащил одеяло и укрыл ее. Встал, чтобы скинуть с себя джинсы и рубашку, позволив им упасть на пол. Залез под одеяло и заключил ее в объятия.
– Давай сейчас просто поспим, поговорим об этом утром.
Она не ответила.
***
Как я и обещал, мы бы поговорили утром, но я проснулся чертовски твердым с сексуальной Джанной, которая свернулась калачиком рядом со мной и была практически обнаженной. Она все еще сладко спала, ее прекрасные черты во сне смягчились. Не в силах сопротивляться, я поднял одеяло, чтобы взглянуть на это сексуальное тело. Мне нужно быть в ней. И будем надеяться, что она согласна.
Я начал гладить ее тело, пока она спала, касаясь очень нежно, надеясь, что она достаточно возбудится во сне и не сможет противостоять мне, когда проснется.
Она сексуально застонала, заставив мой член дернуться в ответ. Он узнал этот звук.
Слегка сжимая сосок, я разбудил ее. Когда веки Джанны дрогнули, я прошептал ей на ухо:
– Доброе утро, красавица.
Она прикрыла глаза рукой.
– Что ты делаешь, Калеб?
– Планировал заняться с тобой любовью.
– Но для этого ты должен и правда лю…
Мой рот накрыл ее губы, и не позволил ей закончить фразу, которую она собиралась сказать. Я скользнул рукой в трусики и начал ласкать ее. Она забыла все свои протесты и растворилась в удовольствии, которое я дарил ей. Я наслаждался сам. Наблюдая краткие вздохи, приоткрытые розовые губы: это было горячо.
Я поднялся, чтобы стянуть трусики вниз по ее ногам. Мои боксеры последовали за ними.
Погладив себя пару раз, я поцеловал её грудь, слегка прихватывая кожу зубами. Пальцы Джанны вплелись в мои волосы, осторожно их перебирая.
Устроившись меж её ног, я потерся об неё, а затем медленно начал входить.
Она чувствовалась такой же тугой, как и в первый раз. Будучи полностью внутри нее, я неторопливо толкался, наслаждаясь возвращением в рай. Пытаясь рассказать своим телом то, что не мог позволить себе выразить словами.
Ее ногти впились мне в спину, когда она легко касалась губами моей шеи. Она откинулась головой на подушку, полузакрытые глаза не отрывались от моих глаз, пока я любил ее. Она кончила со стоном удовольствия, усиливая мое собственное наслаждение.
Я чувствовал ее раскаяние, когда после она устроилась в моих руках. А у меня не было никаких сожалений. Мы были вместе, как и должны были быть. И она должна чувствовать то же самое.
– Я скучал по тебе, Джанна.
Она вздохнула.
– Я тоже.
Не хотелось вспоминать об этом, но моя потребность приковать ее к себе, все же не связана с тем, чтобы обречь ее на раннее материнство.
– Извини, что не использовал презерватив. Обещаю, в следующий раз обязательно.
– Я начала принимать таблетки пару недель назад, так что не волнуйся.
Пребывая в отчаянии последние три недели, я думал о том, чтобы намеренно сделать ей ребенка. И что тогда Джулия могла бы поделать? Как отец, я имел бы право видеть своего ребенка, следовательно, получил бы и доступ к Джанне. Джулии придется признать свое поражение. Или, по крайней мере, так сделал бы любой здравомыслящий человек.
К сожалению, ни один из нас был готов к этому, а ребенок определенно заслуживает лучшего. Заманчиво, но это совершенно неправильный способ связать наши жизни вместе.
– Давай примем душ, – предложил я, молясь, чтобы мама не вернулась домой в ближайшее время. Встав, я схватил несколько полотенец, ожидая, что она последует за мной. Но когда оглянулся, она все еще сидела на кровати, закусив губу.
– Давай, принцесса. – Я протянул ей руку, мысленно желая, чтобы она приняла ее.
Она дала мне ровно столько доверия, чтобы взять мою руку. А потом дала еще немного больше, когда позволила снова заняться с ней любовью в душе. После того, как мы оба были одеты, и Джанна высушила волосы маминым феном, мы пришли в закусочную для позднего завтрака. На этот раз я позволил Джанне заказать себе самой.
Схватив ее за руку через стол, я спросил:
– Итак, когда ты собираешься вернуться в команду?
Глядя вниз на наши руки, она пожала плечами.
– Я не знаю.
– Это делает тебя счастливой. Ты, должно быть, скучаешь за этим.
Она повернула голову, чтобы посмотреть в окно на проходящих мимо людей.
– Я не знаю, чего хочу сейчас.
Будем надеяться, что пока я решаю всю эту проблему с Джулией, она все еще будет хотеть меня.
– Ешь, – сказал я ей, когда принесли нашу еду. Она ковырялась в омлете, в то время как я просто смел блинчики. И поскольку она не доела свои картофельные оладьи с колбасой, то я съел и их тоже.
Уходя, мы держались за руки, и я спросил её:
– Где твоя машина?
Она выглядела неуверенно, и ответ ударил меня по нервам прежде, чем она сказала:
– У Яна.
Я хмуро посмотрел на нее, тогда как она с вызовом приняла мой взгляд.
– Ты не мой бойфренд, Калеб. Ты не можешь сердиться за то, что у меня в друзьях ходит парень.
Схватив за бедра, я прижал ее к себе.
– Я не могу быть твоим парнем, но я все еще твой мужчина.
