Марк пытается вырваться из мира криминала и больших ставок. А Анна — забыть его. Только судьбе плевать на их намерения и решения, она вновь закрутит сумасшедший калейдоскоп из страсти, крови и адреналина.
Анна вошла в комнату и сползла по стенке. Тесный хоровод мыслей забрал все силы… А ведь еще утром все было хорошо, тихо и спокойно. Вернись, тишина, прошу. Вместе с размеренным бегом привычных событий.
В дверь постучали.
— Я сейчас, — отозвалась Анна.
— Все в порядке? — спросил он.
В его голосе она угадала тревогу. Он слишком хорошо успел ее изучить, чтобы не заметить перемену. Наверное, она пришла побледневшей и встревоженной. Черт, что теперь сказать и что придумать? Сил и правда нет, даже на такую мелочь. А отмахнуться не получится, с ним никогда не получалось, незаметно и осторожно он узнал все о ней: привычки, желания, стремления и, наконец, ее прошлое.
Анна встала и прошла к зеркалу у кровати. Придирчиво оглядела себя, поправила сбившиеся волосы и вздохнула. Надо идти, иначе он придумает все сам и задушит заботой. Только мысли так далеко, сейчас бы закрыться на день-два и отдаться неласковой буре, пережить ее в одиночку… А ведь почти обманулась, почти поверила.
— Тебе чай? Кофе?
Поменял тактику. И уже заботился. Родной, дорогой…
— Чай, — произнесла она, распахнув дверь.
Он не успел скрыться в коридоре и впился в нее внимательным взглядом. Только не этот взгляд.
— У нас должен был остаться лимон, — рассеяно бросила она и шагнула к нему.
— Остался, — он кивнул и прошел на кухню.
В тесном помещении стало только хуже. Она буквально натыкалась на его немые вопросы, которые он пока сдерживал, надеясь, что она признается сама. Она же надеялась отмолчаться. Сейчас она скажет лишнее или подберет не те слова… И будет жалеть потом. Анна не хотела делать ему больно, он оказался рядом в трудную минуту.
— Анна.
Она подняла на него глаза.
— Я устала, — последняя отчаянная попытка.
— Марк, да? — спросил он прямо и поставил кружку с крепким чаем перед ней. Ломтик лимона качнулся поплавком.
Анна не видела Марка целый год. Всего год. Сердце колотилось, будто минуло мгновение. Он появился, как ни в чем не бывало. Он не сожалел. И ему нужна была помощь. Ее помощь.
Становилось теплее с каждым днем, солнце наглело и не торопилось прятаться за тучки, приближая жаркие месяцы. Вот-вот распахнутся их душные объятия и станет нечем дышать. Анна закинула сумку на плечо и потянулась к ручке. Дверь черной ауди оказалась заперта. Максим не отреагировал, продолжая слепым взглядом изучать лобовое стекло. Пришлось стучать и будить его.
— Забылся, — бросил он, наблюдая, как она забирается в салон.
Анна кивнула с улыбкой и уткнулась в телефон, просматривая гугловский календарик. Хотя знала его наизусть, да и ближайшая неделя не баловала событиями.
— Можешь убрать его. Я понял, что ты не хочешь говорить, — сказал Максим.
— Ты и так все знаешь.
Пожалуй, он понимал даже больше нее самой. Анна прозвала его Печориным, старичком, запертым в юношеское тело. А ведь он младше. Что такое двадцать два для мужчины? Вспышка, которая даже не все черты характера озарила и не все родимые пятна высветила. Но он был другим, непонятным образом успел найти себя и не собирался сворачивать. Завидная уверенность в себе и понимании окружающего мира, которой ей всегда не доставало. Она же вечно выискивала полутона и оправдания. Усложняла.
— Мы опоздаем из-за пробки, — Максим указал на экран навигатора, где красные дорожки преобладали над зелеными.
— Неважно.
Даже хорошо. Ей подарили еще пару десятков минут. Хотя ощущение времени уже сбоило, мозг отказывался верить наручным часам, которые упрямо указывали на три часа. Причем того же дня, казалось, что прошли не одни сутки. Утром в ее жизни снова появился Марк. Он записался на встречу под другим именем и вошел в ее кабинет. Бросил обычное «здравствуй» еще с порога, заставив оторваться от записей, и уселся без приглашения в кресло напротив.
— Мне не нравится эта затея, — признался Максим, вырвав ее из воспоминания, в котором Марк уже несколько минут молча смотрел на нее и терпеливо ждал, когда она придет в себя.
— Лучше покончить со всем сразу, не затягивая.
Анна повернула голову и посмотрела на Максима. Взлохмаченные темно-русые волосы поблескивали от геля и непослушной челкой спускались к бровям. Он хмурился и походил на неприступного красавчика, хотя умные и глубокие глаза портили образ манекена, сразу становилось ясно, что с ним лучше не спорить, здесь тропинок для выгуливания чужого эго не предусмотрено.
— Лучше, — кивнул он, — только не уверен, что у тебя получится.
Отлично, просто отлично.
— Я настолько плохо выгляжу? — она попыталась перевести все в шутку.
— Ты напугана. И так бледна, что хочется вызвать скорую.
Анна нашла его ладонь, которая замерла у коробки передач, и крепко сжала.
— С тобой у меня все получится, — сказала она.
Ресторан, нависающий над оживленной улицей стеклянной галереей, встретил табличкой «закрыто» и тут же выглянувшим из-за массивной двери управляющим.
— После вас, — кивнул он.
