— Что по поводу твоего вопроса, красавица, вернется к тебе память скоро. Это последствия моего отвара — ты ведь умерла, когда я тебя нашла, — старуха замолчала.
— Умерла? — еле слышно переспросила я и старуха кивнула.
— Пришлось воспользоваться зельем, чтобы вернуть тебя к жизни.
— Подождите, — внезапная догадка осенила меня. — Вы злая колдунья с Гиблых Болот?
— Вроде как не похожа на монашку при монастыре, так ведь? — хохотнула она.
Кошмар. Получается, это ведьма, которая обратила Анатоля в Дракона? Что же она может сделать со мной?
Тем временем колдунья встала и сгребла листья в передник.
— Скоро обедать будем. Курица варится в котле. Пойду проверю, ты пока отлеживайся, сил набирайся.
С этими словами она вышла, а я огляделась. Комната выглядела довольно тесной, выполненной из сруба, с высокими резными потолками. Кое-где на стенах были изображены какие-то странные не то рисунки, не то иероглифы. А более ничего примечательного.
Я встала и на цыпочках прошла к двери, попробовала выглянуть во двор, только вот не вышло. Сбоку от выхода обнаружилось законопаченное оконце, покрытое мутной высохшей пленкой, которая на ощупь была похожа скорее на кишки животных.
С омерзением я отдернула палец. Видимость была не очень хорошей, но удалось рассмотреть как карга идет через двор к колодцу и набирает ведро воды. Слева располагалось крыльцо и за ним виднелась вторая часть дома. Справа и спереди к жилью подступал глухой высокий лес. Завидев, что ведьма возвращается, я юркнула обратно в кровать и накрылась теплой периной. Старуха вошла внутрь, при этом никаких замков она не открывала, как я успела заметить. Ведьма потянула носом воздух.
— Велела же лежать… никогда не слушаете… — пробурчала она, не смотря на меня. — Вставай теперь. Поможешь мне зелень в суп настругать, у меня руки-то больные уже, — она продемонстрировала крючковатые пальцы, которыми затем достала из сундука наряд и кинула мне его на постель.
— Мне это надеть?
— Надевай. Да поживее! Только не думай сбежать, я хоть и стара, но проклятие нашлю такое, что сама не рада будешь, что жить осталась.
— Ладно, — внутри меня все сжалось. Мне стало страшно, кроме того, постоянно мучила мысль о чем-то важном, что я никак вспомнить не могла, как ни старалась.
Надев на себя старое, но чистое платье с длинными тяжелыми рукавами-фонариками и грубым подолом, я наспех заплела косы и предстала перед старухой.
Та подслеповато зыркнула на меня и довольно кивнула.
— А сейчас стой смирно. Я заклинание побега сниму.
— Заклинание чего? — удивилась я, но тут же остановилась как вкопанная. Из-под лап старухи вылетали крошечные синие искорки и таяли в воздухе, а она тем временем что-то быстро шептала.
— Пойдем! — коротко сказала старуха, наконец, и открыла дверь. Я послушно пошла за ней, оглядываясь на чудное жилье. Дом был сделан добротно, из твердого сухого дерева, только вот форма жилища была странная.
“Ну, хотя бы на избушку на курьих ножках не похоже” — пробормотала я.
— Чего ты там лепечешь? — обернулась карга и подозрительно на меня глянула.
— Дом, говорю, у вас интересный. Необычный.
— Строила на век, — пояснила старушка, довольно хмыкнув похвале. — Я ведь раньше с людьми жила, а когда прогнали они меня, решила обосноваться здесь. А посреди леса что, ни плотника, ни каменщика. Пришлось помощников вызывать.
Правда каких именно помощников пришлось вызывать, баба яга не уточнила, но я и не стала спрашивать.
Миновав крыльцо, мы прошли дальше и попали в свободную большую комнату. Я сразу поняла, что это кухня. В дальнем углу расположилась каменная печь, на ней стояло две огромных кастрюли. С одной из кастрюль выглядывала вареная голова курицы.
— Становись сюда, — она показала на земляной пол возле выструганной из дерева грубой столешницы, усыпанной пучками зелени.
Пока я шла к столу и разглядывала чудаческую планировку и десятки травяных сборов, висящих по стенам, старуха резво нагнулась и дотронулась до моей ноги. Я вздрогнула от холодного прикосновения и глянула вниз — к моей ноге была пристегнута металлическая ржавая цепочка.
— Что это? — резко спросила я. — Я в плену?
— Что ты, милочка. Для твоей безопасности. — Ведьма улыбнулась притворно-слащаво и указала на нож. — Мелко зелень порубай да в бульон брось. А мне посмотреть надо барашка своего.
— У вас и бараны здесь? — уточнила я, все еще шокированная видом цепи на своей ноге.
— Один. Жертвенный. Попался в руки, с него получится отличный колдовской отвар. Давно уж я так не колдовала. Только надо, чтобы он как следует настоялся. Напитался, так сказать, магией, — у старухи таинственно блеснул желтоватый зуб, когда она лукаво улыбнулась.
Оставшись одна, прежде всего, я принялась дергать цепь. И как эта колдунья умудрилась так быстро окольцевать меня за ногу, что я даже не заметила? Она явно быстрее, чем кажется. Но цепочка была надежно закреплена как на моей конечности, так и вбита в пол.
