Так в делах прошел весь день и начало вечереть. Я постоянно следила за старухой и пыталась понять, что она делает, входя в сарай. Внутренним чутьем я догадывалась, что она не животных там проверяет и там есть что-то или кто-то важный для меня.
Но цепь мешала мне проверить, поэтому я старалась усыпить бдительность ведьмы как только могла — прилежно мыла, убирала, чистила, даже сама предложила сготовить ужин. Колдунья обрадованно согласилась на помощь и даже разрешила мне выйти во двор погулять, правда под ее неусыпным присмотром. Убедившись, что я не хочу сбегать, мы сели с ней ужинать, и я как бы невзначай сказала:
— Хорошо у вас тут на природе. Эко жилье, можно сказать.
— Словечки ты странные сыпешь, научила бы бабку уму-разуму, а? Тут у меня хорошо. Природа, животные, лес. Живи не хочу. И главное — людей нет!
— Это да! Это мне определенно нравится, — засмеялась я и старуха улыбнулась мне в ответ.
Может и не такая страшная она была. Люди сделали ее такой, а вообще она наивная, дремучая и обвести ее легко вокруг пальца. Да и глаза у нее добрые, синие, как у моей бабуси. А что, остаться тут, помогать ей и никакого Лохински. Лохински! Я вспомнила профессора и на меня нахлынула еще волна воспоминаний о том, что я должна выведать зачинщиков грабежей и мятежей против Людовика. А тут я еще опять вспомнила, что эта милая бабка сотворила с душой Анатоля. Не такая она уж и простая — лишь хочет такой казаться.
— Бабушка, — сказала я. — А вот вы как относитесь к Людовику?
— А ты пошто спрашиваешь? — подозрительно хмыкнула она.
— Да так. Я же из дальних краев прибыла. Собственными глазами увидела мятеж, очередное восстание, можно сказать, и спасло мне жизнь, когда меня собирались казнить.
При воспоминании о казни почему-то я опять что-то вспомнила на секунду, но тут же это воспоминание ускользнуло от меня.
— А что о нем думать. При людоеде этом церковь стала всех наших подряд сжигать. У меня ж родня была по женской линии — все наши ведьминские. И что ты думаешь? Всех пожгли, скотье! — она погрозила сухоньким кулачком куда-то в воздух. — Когда охоту на ведьм начали, я тогда сразу от людей ушла. Попортила им всех коров да ушла. Так они за мной отряд целый послали. Те явились и говорят: “именем Людовика, ты арестована”.
— А вы им что?
— А я им: “А пусть вас черт унесет!” — на этом месте ведьма расхохоталась страшным смехом, отчего у меня поползли мурашки, — налетела буря и действительно их унесла. Двое только здесь остались, за елки уцепились, но душу их все равно черти унесли, только тела пустые и сохранились.
Я поежилась — тот дед в приюте, Луиджи, он упоминал об отряде из которых только двое вернулись, да и то не в своем уме. Значит, все правда!
Ведьма тем временем продолжала подхихикивать, ела мясо голыми руками, отщипывая по куску и набивая им рот. После ужина мы улеглись спать. Не зря я устанавливала целый вечер с колдуньей близкие отношения. Вот где навыки коммуникации мои понадобились — Томка будет мной довольна! Зато теперь я ночевала в своей комнате без цепи и без заклятий. Я выжидала наверное целый час, пока не послышался храп ведьмы.
Осторожно вынырнув из своей комнаты и прокравшись в сени, я вышла на улицу. Отворить замок было тяжело — он был достаточно тугой, кроме того, открывался с визгом. Каждый раз, когда храп прекращался, я была уверена, что ведьма проснулась и сейчас выйдет, но каждый раз меня проносило.
Наконец, путь был свободен. Я решила бежать. Однако, нужно было все-таки заглянуть в сарай — любопытство все же терзало мою душу. Сарай не закрывался, но был подперт тяжелой деревяшкой, чтобы дверь не открывалась от ветра. Внутри было темно, и я остановилась у входа, привыкая к темени.
“Ммм”, - раздавалось мычание. Кажется, оно шло откуда-то сверху.
Когда глаза немного привыкли, и как только я смогла разглядеть очертания, то оторопела. Под потолком кто-то висел вниз головой. Красивый моложавый мужчина с голым торсом и в одних кальсонах. С удивлением я рассматривала его, но понятно было одно — видела я его в первый раз. Кто он и откуда тут взялся? В потьме я нашла какой-то чурбанок, взобралась на него и освободила рот мужчины от кляпа. Тот разразился целым ворохом проклятий.
— Тише ты! — прикрикнула я на него. — Разбудишь ведьму, она нас обоих не пощадит!
— Я не могу поверить, что ты жива! Магия свят-свят! — воскликнул мужчина, но перекреститься не смог из-за завязанных за спиной рук.
— Расскажи, что произошло? Мы знакомы? — спросила я, разглядывая его. Он был похож на кабана, висящего на крюке.
— Ты правда не помнишь? Видимо, любимица судьбы или же это магия колдуньи. Давай, развяжи меня и я прямо сейчас убью ведьму.
Пока мы болтали, изо всех сил я старалась развязать веревки, которыми был обмотан пленник. Однако, узлы были такими крепкими, что справиться с ними никак не удавалось.
