— Я люблю тебя Ной Великий, — прошептала Нектарина, которая совсем недавно осознала насколько сильна ее любовь к нему.
Великий коснулся легким поцелуем губ Нектарины, а затем обнял ее еще сильнее.
— Я очень рад, что мне удалось завоевать твое сердце. Я безумно влюблён в тебя. Еще тогда, когда увидел тебя впервые с твоей подругой в шкафу с этими швабрами и вениками в том злосчастном клубе с вейлами, я понял, что мы принадлежим друг другу. Благодаря дару древних я почувствовал тогда, что ни смотря ни на что мы будем вместе.
— Ной, это самые замечательные слова, которые я когда-либо слышала, — если бы сердце Нектарины не было уже растоплено, то после такого признания оно бы растаяло моментально, — Если бы я услышала эти слова, когда ты просил у меня прощение, то ты бы не оставил мне шанса на раздумье, я бы тотчас бросилась к тебе в объятия.
— Глупая голова, — Великий театрально ударил себя по голове. — Почему я не сказал это раньше?
Нектарина звонко рассмеялась, увидев наиграно огорченное выражение лица любимого.
— Всему свое время, то, что произошло сейчас, ни с чем не сравнится, — целуя в щеку, прошептала она.
— Ты права, близость возникшая между нами сегодня и наши слова, это то, что будет связывать нас навсегда, — сделал вывод Великий и вновь поцеловал Нектарину.
Весь день Ной пребывал в хорошем настроении, его не могли рассердить ни упертые барышни — демонессы, которые требовали адвокатов и отрицали вину, ни Дженкинс со своими глупыми шуточками.
Дописывая отчёт о задержании банды суккубов, он мечтал поскорее закончить с работой, чтобы отправиться за Нектариной и провести с ней прекрасный вечер.
— Сегодня какой- то праздник? — ухмыльнулся Трентон Дженкинс, хитро смотря на Великого.
— Ты о чем? — не понял Лиам Жорнет.
— Ты посмотри на Великого, вырядился, рубашка поглажена, весь светится, как начищенный пятак! — переигрывая, воскликнул Дженкинс.
Ной покачал головой и, игнорируя коллег, продолжил печатать.
— Ну правда, Великий, что случилось? Дженкинс прав, сегодня ты сам не свой и это в хорошем смысле, — канючил Лиам.
— Есть на то причины, — загадочно ответил Ной и мысленно поднял пальцы вверх в честь того, что дописал последнюю строчку в отчете. — Я закончил.
— Отлично, — кивнул Доминик. — Полковник будет рад. Итак, какие на сегодня планы?
— А что? Есть предложения? — воодушевился Трентон.
— Хотел пригласить к себе домой, посидеть вечером, — предложил Доминик. — Давно не собирались отрядом, да и Аннабель будет рада.
— Я за, давно не видел твою прекрасную жену, — Трентон хлопнул себя по коленкам.
— И я за, — согласился Лиам. — как насчет тебя Великий?
— Дайте подумать, — отмахнулся Ной.
Он оглядел присутствующих, отказываться Ной не хотел, однако, променять Нектарину на вечер с друзьями не собирался.
Правда есть один козырь — там будет Аннабель и поэтому Нектарине должна понравится эта идея.
Он быстро отправил любимой сообщение:
“ Как насчет того, чтобы сегодня отправиться к Ридерсам? Доминик зовет наш отряд к себе домой, там нас будет ждать Аннабель”.
Через пару минут пришел ответ:
“ Я так рада! Это отличное предложение. Я и с тобой хочу побыть и с Аннабель увидеться! “
— Парни я согласен, — прогудел Великий. — Но только я буду не один.
— Без проблем. Аннабель будет рада увидеть подругу, — кивнул Доминик.
Значит от Ридерса он не смог скрыть свои отношения с Нектариной.
“Наверное, тот сразу догадался…”
— Поражён твоему чутью, — покачал он головой.
— Мы с Аннабель сразу все поняли, когда выпроваживали Макса из магазина Вендрум, — улыбнулся тот.
— Почему мы не в курсе? Вы про что? — нетерпеливым тоном поинтересовался Жорнет.
— У тебя всё-таки получилось? — Дженкинс заметно приуныл. — Ну почему? Почему она выбрала тебя? Ты скучный, неинтересный, а вот я обеспечил бы ей ураган эмоций.
Кабинет сотрясло от смеха.
Давно коллеги не видели Трентона таким расстроенным.
— Друг, тебе следует признать поражение и успокоиться, — предложил Лиам, хлопнув того по спине.
— Заботься о ней, как следует, обидишь, я уши тебе надеру, — угрожающе произнес Дженкинс, а затем протянул руку Великому.
— Успокойся уже, — хмыкнул Ной и ответил на рукопожатие. — Я люблю ее и никогда не обижу.
— Отлично. Раз мы все выяснили, то нам стоит поторопиться с делами, а затем сразу ко мне, — распорядился Ридерс.
— Погоди, это ещё не всё, я совсем забыл с этой суматохой с суккубами о главном! Парни, у меня к вам дело, — спохватился Великий, вспомнив про данное Нектарине обещание. — Мне нужна ваша помощь.
Великий в подробностях рассказал отряду про дар Нектарины и про похищение ее отца.
Коллеги внимательно, не перебивая, выслушали Ноя.
— «Да уж», — протянул Дженкинс. — Я могу попытаться найти его, но для этого мне необходима хотя бы фотография.
— Я попрошу у Нектарины, — кивнул Великий.
— Дело, конечно, гиблое, слишком много времени прошло, — грустно покачал головой Лиам. — Но, возможно, есть шанс, что Трентон всё-таки выйдет на след.
Доминик Ридерс сидел хмурый и молча переварил услышанное.
— Ты что-то нащупал в моем рассказе? — Ной внимательно посмотрел на друга.