- Ах да, неукротимый мистер Тейт. Он очень настойчив, не так ли?
Ее охватило желание защищаться, хотя она старалась не показывать этого.
- Он – морской котик. А чего вы ожидали?
- Правды, - что-то мелькнуло в голубых глазах Де Сантиса. - Хотя ты должна знать, что я никогда не причиню тебе вреда, Хлоя. Ты - моя дочь. Семья важна для меня.
Это было хорошо, но, как она уже знала, обещания некоторых мужчин были пустыми. Кроме того, как она выяснила в ходе своих исследований, у Де Сантиса был еще один сын. Четвертый сын, тоже из-за интрижки. Сын, которого он не признавал до тех пор, пока его не вынудили. Все ради семьи.
- У Вас четверо сыновей, - заметила она. - Не трое. Или семья важна только в определенных ситуациях?
Снова этот блеск в его глазах.
- Значит, ты провела расследование. Хотя почему бы и нет? - он снова слегка улыбнулся. - Нерон был особым случаем. Но мы здесь не для того, чтобы говорить о моих сыновьях. Мы здесь, чтобы поговорить о тебе.
- Тогда позже поговорим. Почему вы пытались найти меня? Что Вам от меня нужно? - вопросы прозвучали слишком резко, но она не стала смягчать свой тон, слишком занятая попытками скрыть свои чувства.
Если ее тон и беспокоил его, Де Сантис не подал виду.
- Давай сразу перейдем к делу. Но не здесь. Мы подождем, пока не найдем более удобного места, я думаю.
Внезапное ее накрыло чувство тревоги.
- Куда мы едем?
- Увидишь, - на этот раз его улыбка стала шире, и он наклонился вперед, похлопав ее по руке. - Не смотри так испуганно, Хлоя. Не знаю, чем тебя накормил Ной, но, как я уже говорила, ты моя дочь, и я никогда не причиню тебе вреда.
Дерьмо. Что она говорила себе о том, чтобы не показывать своих эмоций?
Хлоя оттолкнула свою тревогу, вместо этого бросив на него воинственный взгляд.
- Я не боюсь. Не льстите себе.
Он тихо рассмеялся, но ничего не сказал, пока лимузин скользил по ночному Манхэттену. На самом деле он не произнес ни слова, пока лимузин не притормозил на широкой улице в Верхнем Ист-Сайде, остановившись у обочины старого, величественного здания.
- Вот мы и на месте, - сказал Де Сантис, глядя в окно. Потом снова посмотрел на нее. - Добро пожаловать домой, Хлоя.
Она не знала, что на это сказать, поэтому просто пожала плечами, как будто не была сильно впечатлена. Дверь лимузина открылась и ей помогли выйти из машины, а затем провели вверх по лестнице к входной двери здания.
Де Сантис провел ее внутрь, в массивный, выложенный плитами вестибюль, а оттуда в очень официальную гостиную. Стены, как и мебель, были белыми, гораздо более холодными и грубыми, чем приятный кремовый цвет особняка Тейтов. И в отличие от дома Тейтов, ни на стенах, ни на каминной полке не было семейных фотографий. Только несколько ярких абстракций, а белые стены делали их похожими на картины, висящие в художественной галерее, а не в чьем-то доме.
- Налью выпить, - сказал Де Сантис, когда Хлоя осторожно присела на край белого льняного дивана. - У тебя есть какие-нибудь предпочтения?
Она покачала головой, отчего-то мысль об алкоголе показалась ей неприятной. Если она собирается выиграть эту маленькую битву, ей понадобится относительно ясный ум.
- Нет, спасибо.
Он пожал плечами и подошел к длинной узкой стойке, где стоял хрустальный графин с виски и несколько хрустальных бокалов. Сняв крышку с графина, он, очевидно, проигнорировал ее просьбу и налил виски в два стакана. Затем, подняв их, подошел и протянул один ей.
- Держи, - мягко сказал он. - Тебе это понадобится.
Хлоя посмотрела на него. Вероятно, не стоило и пытаться спорить только, чтобы что-то доказать, особенно если она хотела, чтобы он ответил на ее вопросы.
Неохотно протянув руку, она взяла тяжелый бокал. В комнате было тепло, но ее пальцы все еще ощущали холод.
- Звучит многообещающе, - сказала она, надеясь, что за сарказмом скроется легкая нотка беспокойства в собственном голосе.
- Ну, если ты ожидаешь, что здесь будут только сердечки и цветочки, то будешь разочарована, - Де Сантис подошел к креслу, сел, откинулся на спинку и сделал глоток виски, разглядывая ее. - В конце концов, мы с Ноем были врагами.
- Я понимаю это, - края стакана впились ей в ладони. - Знаете, он говорил о Вас.
- Неужели? - в голосе Де Сантиса послышалась резкость. - Не могу представить, какой ложью он наполнил твою голову.
Много лжи как оказалось. И все же она не хотела говорить об этом мужчине, сидящем напротив ее. Какие-то остатки верности все еще были внутри нее и заставляли ее защищать Ноя.
– Может, он и не был лучшим отцом в мире, но сделал все, что мог.
Де Сантис поднял темную бровь.
- И ты была счастлива с ним, Хлоя?
По какой-то причине этот вопрос усилил ее желание защитить Ноя, что было странно, учитывая, как она и Вэн провели последние пару дней, соглашаясь, что Ной был дерьмовым отцом.
Но все же... Он мог быть отстраненным и эмоционально недоступным, но он воспитал ее в самом прекрасном месте в мире. Дал ей много свободы. Научил ее, как быть самодостаточной и уверенной в себе, как быть хорошим менеджером, как следить одним глазом за общей картиной, а другим - за деталями.
