Он был действительно удивлен.
– Ну, такая у меня работа…
– Женя, ну не отказывайте мне в таком удовольствии.
Он давил, но очень мягко, галантно.
Я не сдавалась.
– Спасибо, Иван, но нет.
– Можете звать меня просто Ваня.
– Хорошо, просто Ваня, у меня сейчас действительно много работы.
– Где вы?
– Это неважно.
Он засмеялся.
– Важно, потому что я сейчас приеду, где бы вы ни были, и поработаю с вами.
– Даже на Южный полюс?
– Вы бы не успели доехать.
– Логично.
Если честно, мне хотелось сдаться. Сидеть всю ночь в размышлениях и одиночестве – приятного мало.
Чтобы пораскинуть мозгами, мне не нужно столько времени. Но он мне незнаком, опасно ли сообщать ему адрес, где прячется моя клиентка? Ладно, номер квартиры не выпытает же он из меня. И не стану же я объяснять, с какой целью тут сижу. Ну, наверное, не стану. Журналисты – они такие, кого хочешь разговорят.
Я сдалась:
– Хорошо, записывайте адрес и прихватите с собой кофе.
– С удовольствием.
Пока Иван Лукьянов ехал ко мне на свидание, фу, какое слово ужасное, я пыталась привести в порядок доступную мне информацию.
Итак, на Глухалова готовилось покушение. Неизвестно кем. И готовилось ли оно вообще? Этот факт я узнала только от Веры, но больше ничего на это за время моего расследования не указывало. Зато сам Глухалов, судя по всему, готовит покушение на свою жену с кем-то неизвестным. Совершено покушение на Рудникова по непонятной причине. Здесь тоже вроде бы замешан Глухалов, но и кто-то еще… Возможно, Дмитрий погиб из-за любовницы Глухалова, жены мэра Кружкова. Господи, Санта-Барбара какая-то!
Да, не густо.
И что мне с этими разрозненными фактами в итоге делать? Остается только понять, как Глухалов хочет осуществить убийство своей жены, и, конечно, помешать ему это сделать.
В стекло постучали. Я вздрогнула, хотя застать меня врасплох очень сложно.
За окном машины стоял Иван, улыбаясь во весь свой белозубый рот.
Я кивнула на пассажирское сиденье, и он обошел машину. Открыл дверцу, которую я тут же разблокировала.
Он сел и сказал:
– Привет, Женя при исполнении.
– Привет, просто Ваня.
Он улыбнулся, и я невольно улыбнулась тоже. Он протянул мне бумажный стакан.
– Не знал, что взять, и привез капучино.
– Неплохой выбор.
– Спасибо.
Я отпила сладковатый напиток с привкусом карамели.
– Мм… карамельный.
– И нюх как у собаки, и взгляд как у орла, – пошутил он, процитировав небезызвестный мультфильм.
– Итак, зачем вам так срочно понадобилось встретиться со мной?
– Вы меня очаровали.
– Банально.
У меня пропадал интерес, и я начала немного жалеть. Если бы не кофе, то точно бы досадовала на его присутствие.
– Зато правда.
– А правда в чем?
– В том, что вы меня очаровали.
– Давай на «ты».
– Давай.
Иван смотрел на меня каким-то одновременно щенячьим и серьезным взглядом. Это сочетание немного выбивало из колеи. Он что, правда влюбился? За одну встречу? Минут пятнадцать, если точнее? В девицу, наряженную в безразмерный комбез охранника? Без макияжа? Да и не особо общительную, если честно. Мне смешно!
– Ты с первого взгляда показалась мне удивительной.
– Это чем же?
– В тебе есть искра, даже огонь, пламя, страсть.
«Фу, теперь еще какой-то дурной романтикой повеяло. Я ему что, дракон огнедышащий? Огненный?»
– Да хватит, – отмахнулась я небрежно.
– Женя, ты не понимаешь. Это видно невооруженным глазом.
– А ты такой эксперт в этом деле?
– Опыт имеется.
– И сколько их?
– Кого? – не понял парень.
– Подопытных! – ехидно поддела.
– Не считал, – хмыкнул он.
«Значит, он был ловеласом. Ну, и на кой черт мне такой мужчина на свидании?»
– И зачем же ты все-таки приехал сюда?
– Хотел тебя увидеть.
– Ты это всем говоришь?
– Второй раз в жизни.
Мне стало окончательно смешно.
Мы немного помолчали, потом Ваня вздохнул:
– Никто не верит мужчине, у которого был опыт в амурных делах, который вышел лицом и фигурой, имеет престижную работу и высокий заработок. Никто не верит, что он умеет любить по-настоящему. И все это недоверие ломает и рушит любые отношения.
Я опешила.
– При чем здесь любовь?
– Может, ты и есть та девушка, которая поверит в то, что я могу любить.
– Пока я только верю в то, что ты умеешь красиво зубы заговаривать.
– Ключевое слово «пока».
Он улыбнулся. Ну и чертовски же сексуальна его улыбка!
Я заерзала на сиденье.
– Что ты здесь делаешь, Женя?
– Работаю.
– В чем заключается твоя работа?
– Сидеть в машине и пить кофе с чрезмерно любопытными журналистами.
Я хотела что-то еще добавить, но почему-то передумала. Ваня улыбался, и это как-то странно на меня действовало. Ехидничать и жестко отбривать поклонника – будем пока его так называть – не хотелось. Лед моего сердца под его взглядом превращался в кисель. Впрочем, мозгов эта загадочная трансформация не коснулась – за подъездом я следить не забывала. Постоянно туда поглядывала, он это заметил.
– Следишь, значит, за кем-то?
– Я не имею права раскрывать детали дела, – жестко заявила я.
– Дело только в этом? – не поверил журналист. – Профессионализм или недоверие ко мне?
– Да.
– Что именно?
