– А это манипуляция, – сказал тихо, с нажимом, – Бред и выбор без выбора. – Нет. Выбор есть всегда. Всего лишь повышение ставок, Кир. – Это не игра, Птенец, – он оттолкнулся от двери и навис над ней. – Хм…А мне кажется для тебя это как раз игра, – Тая упрямо вскинула подбородок, смотря Киру в глаза, – И ты хочешь не просто выиграть, а с разгромным счетом, да, Кирилл? А я для тебя стала таким же трофеем как эти деньги. У тебя в голове мы сплавились в одно. Я трофей. Твой птенец, твоя кукла, вхожу в пакет акций как еще один актив. Вот и все. Не меня ты хочешь, а все, что оставил после себя отец. Ведь меня он тоже после себя оставил. Это жадность, Кир. Я так пыталась быть слепой, не замечать, не анализировать, додумывать за тебя. Рисовать в тебе то, чего нет! Но я не могу больше. Просто не могу. Знаешь, я влюбилась. Но в образ у меня в голове. Не в тебя. А теперь этот образ разбился, и я вижу именно тебя. И все кончено. Хватит меня тормозить! Отпусти… – толкнула его в грудь с силой и все-таки пробилась с чемоданом к двери.
– Так не нравится, что видишь? – Кир сдался. Его глаза сощурились, плечи поникли, губы сложились в тонкую жесткую линию.
Слишком много она говорила ему сейчас. Слишком многим задела…
– Больно смотреть, – хрипло отозвалась Тая и захлопнула за собой дверь.
Воздух на улице почудился ледяным. Или это у нее внутри так все кровоточило и горело. С трудом разбирая дорогу за пеленой бесконечно льющихся слёз, Тая покатила чемодан к воротам, закинув на плечо рюкзак. Уже должно было подъезжать такси. Осталось совсем чуть-чуть, и она покинет это место навсегда.
Махнула охране, ее без проблем выпустили. Встала у ворот и посмотрела в приложение. Черт, водитель задерживался. Показывало, что ждать еще двадцать минут. Оставив сумки на обочине, Тая от нечего делать побрела к озеру. Хотелось в последний раз взглянуть на его темные гипнотические воды, увидеть особняк и ее маленький домик на другом берегу…
Всего несколько метров в лес, подальше от дороги, а она будто попала в другой мир, сумрачный и тихий. Ветви тревожно шелестели над головой, звезды лениво зажигались в черном небе и над озером встала полная красная луна, серебря блестящие воды. Тая подошла к самой кромке набегающей едва заметной волны, опустилась на корточки, погрузила ладонь в ледяную воду, доставая пальцами песчаное дно.
Холодно и свежо. И тихая надежда на новую жизнь.
Слева в камышах что-то зашевелилось. Тая напряглась, повернувшись. Утка? Слух уловил едва различимый то ли всплеск, то ли хрип. Тая встала с корточек и осторожно направилась к прибрежным зарослям, готовая в любой момент отпрянуть от резко взлетающей птицы.
Там точно что-то было, в камышах…
Какая-то большая черная тень…
Сердце стало пропускать удары, адреналин подскочил, Тая подошла еще ближе, наклонилась.
Боже…!!!
Крик ужаса застрял в горле. Тая отпрянула, зажав рот рукой, а потом наоборот зашла в воду по колено, игнорируя то, что обувь и джинсы сразу промокли насквозь.
– Вы живы?! Вы как?!!! Альбина! Альбина!!! – затараторила Тая, начав тянуть не шевелящуюся женщину на берег. Из страшной раны на горле у нее лениво вытекала кровь, безразличный взгляд застыл под наполовину прикрытыми веками, – Альбина!!! Кто-нибудь!!!Помогите!!! Кто-нибудь!!! – Тая заорала что есть мочи, надеясь, что ее услышат охранники.
Вдалеке залаяли собаки.
Тая вытащила тело на берег по пояс, склонилась к бывшей служанке Тихих, пытаясь найти у той признаки жизни. Легонько затрясла Кацоеву. И Альбина неожиданно приоткрыла глаза шире, уставилась на Таю, прохрипела совершенно неразборчиво то ли "комод", то ли "блокнот", и… все.
Взгляд Альбины окончательно остекленел.
И Тая, шокированная и перепуганная, совершенно отчетливо видела, как ее душа покидает раненое тело.
Подбежали охранники к ней сразу или только через час, Тая была не в состоянии сообразить. Она пребывала в глубоком шоке. Время остановилось для нее, как застывшая ледяная вода в черном озере. И только могильный холод пробирал так, что зубы выбивали отчетливую дробь.
Эти мертвые глаза.
Миг, когда свет жизни покидает их. Страшно, и в то же время будто она стала свидетелем какого-то таинства, чего -то божественного.
Есть ли душа? Тая теперь убежденно бы ответила, что да. Она видела, как она отлетает, своими глазами. Как человек превращается в просто большой остывающий кусок мяса без нее.
Когда подлетела охрана, вокруг началась суета. Девушку оттащили от трупа, о чем-то отрывисто спрашивали, застрекотали рации, зашипели в них голоса. Тая ни на что не реагировала, завороженно смотря на тело Кацоевой. Отмечала, какое у нее синее лицо, как черными змеями разметались по прибрежным камням волосы.
– Тая! – злой, обеспокоенный окрик Кира – единственное, что смогло отвлечь ее.
Она повернулась к нему, а Кирилл, хмурясь и злясь на все и на всех, уже стягивал с девушки промокшую куртку и надевал свою. Орал на охранников, чтобы ее отсюда немедленно увели. Что она продрогла, в одежде, с которой Тае под ноги успела натечь лужа, а всем плевать.
