— Больше я ничего не могу сделать. Ребятам из криминальной полиции Бойсе никак не добраться сюда сегодня ночью, а я не разрешу и пальцем тронуть хоть что-либо на этом участке до тех пор, пока они не прочешут здесь все вдоль и поперек. Единственное, что я могу сделать, это выставить здесь посты на остаток ночи. Если Вы хотите, могу организовать Вам помощь — собрать все вещи и отнести их вниз, к месту парковки машин. Сегодня на ночь ворота останутся открытыми, я лишь протяну поперек полицейскую ленту. — На какое-то мгновение он замолчал, затем заговорил вновь. — Полагаю, Вы понимаете, что в ближайшие два дня здесь будет много людей, которые захотят поговорить с Вами. — Мартин не сводил взгляда с Питера Дженсона, пытаясь обнаружить малейшие признаки беспокойства, вызванного его словами. Но Дженсон лишь кивнул головой в знак согласия.
— У Вас есть все мои координаты: имя, фамилия, адрес. — Он сделал глубокий вдох, затем шумно выдохнул. — Чертовски хорошее завершение летнего сезона, а? Мы приехали сюда, чтобы тихо, спокойно провести последние летние выходные и... — Голос его стих, он в раздумье покачал головой. — Как Вы думаете, почему нападению подверглась именно эта палатка? — спросил он. — Почему не моя?
Этот же вопрос не раз возникал и у Рика Мартина с той самой минуты, когда Питер Дженсон впервые описывал ужасную картину, обнаруженную им. Но ответа у него не было, и не будет до тех пор, пока специалисты из криминалистической лаборатории не обследуют тщательно весь участок.
Что-то привлекло нападавшего именно к этой палатке, именно к этой паре?
Или нападение было совершено наобум, раздумывал Рик, вспоминая предыдущий разгром пустой палатки?
Этого он не знал, и где-то глубоко внутри ощущал, что никогда не узнает. Но в одном он был абсолютно уверен: лагерь в районе Волчьего ручья — самый живописный уголок в округе — будет закрыт.
Закрыт до конца года, если не навсегда.
На следующее утро небо было затянуто тяжелыми свинцовыми тучами, моросил мелкий противный дождик, наполняя влагой луга и смывая с деревьев летнюю пыль. Воздух стал совершенно иным: Сугарлоафская долина, где со вчерашнего вечера не переставая шел дождь, казалось, была окутана унылой промозглостью.
— И почему только мы должны идти сегодня в школу? — хныкал Логан, предпринимая последнюю попытку отложить еще на сутки начало ежегодных осенних страданий. — Никого там сегодня не будет! На улице льет как из ведра, могу поспорить, что ручей уже вышел из берегов и...
— Все будут сегодня в школе, и ты тоже, — сказала ему Марианна. — Итак, ты пойдешь вместе с Джо и Алисон или хочешь, чтобы я отвезла тебя?
У Логана округлились глаза, когда он представил себе, какое ему грозит унижение, если мама вдруг будет провожать его в школу. Он поспешно сунул руки в рукава своей поношенной куртки.
— А что если я замерзну до смерти? — спросил он, не видя причины, почему бы ему не поныть напоследок. — Мне нужно было купить новую куртку вчера. У них была там одна стоящая! Кожаная, на меховой подкладке, и...
— Не бойся, не замерзнешь, — прервала Марианна не в меру разговорившегося Логана. — А теперь иди, иначе опоздаете на автобус, и тогда придется добираться до города пешком.
— Я все равно могу поспорить, что никто не придет, — угрюмо проворчал Логан, но он уже знал, что ни один из его доводов не возымеет действия. Мальчик нехотя поплелся к задней двери, натягивая на голову капюшон своей куртки, затем побежал, чтобы догнать Алисон и Джо, которые уже скрывались за первым поворотом дороги.
Пройдя вперед еще ярдов пятьдесят, Джо резко сменил направление и свернул на тропинку, уходящую влево.
— Куда ты идешь? — спросил Логан.
— Это более короткий путь, — объяснил Джо. — Пошли.
Алисон и Логан тревожно переглянулись, одна и та же мысль мелькнула у них в голове. Вчера, когда ярко светило солнце, было приятно идти по лесу, слушать, как шуршат под ногами опавшие сосновые иголки, играть на берегу ручья.
Этим утром, однако, когда непрерывно моросило и небо было затянуто тучами, не пропускавшими свет, лес, казалось, сомкнул свои объятия. Деревья, в тени которых только вчера можно было укрыться от яркого солнца, выглядели сейчас слишком мрачно, как бы тая за собой опасность.
— М-может быть, мы лучше пойдем по дороге? — предложила Алисон. — Я имею в виду, а вдруг мы заблудимся?
Губы Джо тронула презрительная усмешка.
— Мы не заблудимся. Я всегда хожу этой дорогой. — Он ухмыльнулся еще раз. — Вы же не трусите, не так ли?
Логан сощурился, понимая, что на карту поставлены храбрость и мужество его и сестры. Он сделал выбор.
— Я не трушу, — объявил он и зашагал по тропе, ведущей в лес. Под ногами влажно чавкали пропитанные водой сосновые иголки, крупные капли дождя падали на капюшон куртки с мокрых деревьев, простиравших над головой свои ветви. — Пошли, Алисон, — позвал брат. — Здесь классно!
