— Что ты делаешь, — рассерженно зашипел он на Сидора. — Я же хотел взять его живым и поговорить.
— Поздно пить боржом, — тихо пробормотал Сидор, не обращая на его бухтение внимания. Его в этот момент больше заботило нет ли поблизости живых товарищей этого трупа.
Они с Пашей стояли над валяющимся перед ними сломанной куклой телом привлёкшего их внимание человека, и оба с сожалением рассматривали покойника.
— Жаль, — тихо проговорил Сидор.
— Ещё бы не жаль, — сердито зашипел на него Паша. — Нахрена было сразу убивать? Надо было бы порасспросить — чего так пялился.
— Жаль, что арбалет новыми профессорскими пульками не пристрелял, — не обращая внимания на Пашины причитания тихо пояснил Сидор, отварачиваясь и поудобнее поправляя сползающее тело баронессы на плече. — Времени не было потренироваться, — пояснил он удивлённо глядящему на него Паше. — Промахнулся, — сердито пояснил он. — Целился в ногу, а попал в лоб.
— Автоматом шлёпнул, по привычке, не подумав, — пояснил он так и стоящему столбом Паше.
— Автоматом? — тупо переспросил тот. — А за что, тебе не хотелось бы узнать? — неверяще смотрел он Сидора.
— Нет, — жёстко отрезал Сидор. — Я почувтвовал от него угрозу. А своим чувствам я верю. Больше чем тому что вижу глазами. Ну вот, — удовлетворённо добавил он, ковырнув кончиком сапога какую-то валяющуюся рядом с трупом железяку. — Если верить классификации типов ножей Корнея — это метательный нож наёмного убийцы.
— Так что поздравляю тебя Паша. Ты только что избежал с ним близкого знакомства. А учитывая то, что ножи этих убивцев предварительно обрабатываются ядом, то ты мне должен свою никчёмную душонку.
— Я?! — возмущённый вопль Пашки перекрыл даже сильный шум царящий в переулке от бегающих вокруг людей. — А может это он тебя собирался убить?
— Я его шлёпнул, значит я и назначаю жертву, — ухмыльнулся насмешливо Сидор. — Моя добыча. Кого хочу, того и назначаю.
— Так нечестно! — возмутился Паша. — Я его первым заметил.
— А я первым шлёпнул, — ехидно возразил Сидор. — Так что моя рука первая. И значит охотился он на тебя.
— Так мне спокойнее, — неожиданно тихо прошептал он.
Паша молча на него покосился, явно расслышав что Сидор сказал. Больше он ему не возражал.
Бульк!
— В воду упали очередные двести пиастров, — уже привычно заныл Паша.
Обрыдлые с первой же минуты стенания Паши откровенно Сидора достали.
— Заткнулся бы ты что ли? — уныло попросил он его. — Мочи нет тебя слушать.
— Пиастры, — донёсся из-за его спины унылый голос того. — Нет! Скорее талеры. А может и дирхемы, — уныло продолжил тот.
Бульк!
— Вот ещё один гад утоп, — всё тот же унылый Пашин голос вызывал всё усиливающееся раздражение.
За спиной Сидора Паша уныло считал золотые, упавшие в воду.
— Двести золотых, — донёсся до Сидора чуть ли не плачущий Пашин голос.
Бульк!
— Ещё двести.
Бульк!
— Ещё двести!
Бульк!
— Ещё двести.
Бульк!
— А вот этот был триста, — ещё более уныло заметил Паша, хотя казалось бы уже было некуда. — Растратчики, — грустно заметил он. — Никакого понятия об экономике.
— Заткнись, — тихо, сквозь зубы прошипел Сидор. — У самого сердце кровью обливается. Столько денег!
— Твари! В какие траты ввели, мерзавцы. Столько денег пропало. У-у-у, — едва слышно заныл он, зло стиснув зубы. — Сколько же для Изабеллы из них денежек-то вытрясти можно было бы ещё.
— Убытки! Сплошные убытки!
Бульк!
— Опять двести, — снова принялся грустный Паша за унылый подсчёт.
Бульк!
— А этот уже четыреста. Цельный граф, — грустно заметил он. — Мерзавец! Ограбил, как есть ограбил.
— Пятьсот, — грубо огрызнулся Сидор, не оборачиваясь. — Я бы эту тварь меньше чем за пятьсот не отпустил бы.
— Может остановим, — донёсся до ушей Сидора чуть не плачущий голос Паши. — Всего пяток живых и остался. Может хоть этих попробуем попотрошить.
— Не жадничай, — чтоб его не услышал никто со стороны, тихо сквозь зубы процедил Сидор. — На другом потом доберём. А эти — хрен бы с ними. Подумаешь три тысячи золотых выкупа.
Судя по проскользнувшим в голосе, плохо скрытым злобным интонациям, сам Сидор сейчас так не думал. Его также, как и Пашку душила жаба.
— А-а! — чуть не плачущий от жадности голос Паши разрывал Сидору душу. Тому тоже жалко было потерянных денег. Очень!
Бульк!
В воду головой вниз нырнул последний управляющий.
— Всё, — грустно констатировал Паша. — Гад ты Сидор со своим языком, — тоскливо протянул он. — Ну кто тебя за него тянул?
— Ребята меня убьют, — мрачно проговорил он. — Три тыщи золотом. В воду! Даром!
— Грабёж! Как есть грабёж!
Глядя на творящееся перед ними непотребство, Сидор мрачно вспоминал прошлое и мучительно пытался понять как, почему всё пошло не так. Почему, вроде бы удачно провернутое дело вдруг вышло из под контроля и всё покатилось… в воду…
