– Ага-а… – протянул Венька. – Ну, ясное дело, поэтому. Что коллективная поездка. И загранпаспорта даже не надо… Пошли, Тась, домой, – сказал он, пружинисто поднимаясь с песка. – А то Геля уже волнуется, наверно.
Всю дорогу до дома колотилось у Веньки в голове: «В два дня… Коллективная поездка… Елки, да что ж это такое?!»
После случайно подслушанного ночного разговора Женя не знал, как ему вести себя с обитателями дачи. Вернее, с одним ее обитателем – с Андреем. Да и кто бы с ходу сообразил, как вести себя с человеком, который только и ждет удобного случая, чтобы тебя утопить!
Он старался не встречаться с Андреем взглядом и по возможности не оставаться с ним наедине. Правда, второе было не так уж и просто, потому что Маша, единственная Женина собеседница, с каждым днем становилась все более замкнутой и грустной. Она больше не рассказывала Жене о своем Веньке, не предлагала поиграть на компьютере в «Русские стратегии»… Здоровалась утром, спрашивала, как дела, звала обедать и ужинать, желала спокойной ночи. И почему-то отводила глаза, которые все чаще казались Жене заплаканными.
«Неужели и она во все это замешана? – думал Женя. – Неужели тоже считает, что меня надо… Нет, об этом лучше не думать! Кому же тогда можно доверять, если даже Маша?..»
Женя надеялся только на одно: вот-вот появится Алексей и можно будет потребовать, чтобы его немедленно отвезли домой. А если не отвезут, то… Но, придумывая про себя всякие угрозы, Женя понимал, что все они неосуществимы.
В самом деле, чем он может пригрозить? Что во время следующего звонка «из Америки» все расскажет маме, прекратит этот дурацкий и, кажется, опасный спектакль? Стоило Жене представить, что будет с мамой, когда он выложит ей… Нет, такой вариант явно не годится! А какой годится? Удрать бы с этой чертовой дачи! Да как удерешь, когда, стоит только выйти со двора, Андрей тенью вырастает рядом?
В таких унылых размышлениях и проходил день за днем. Пустой, гулкий дом, по которому в одиночестве слонялся Женя, теперь казался ему зловещим.
На всякий случай он приглядывался к Андрею. Даже не к нему – Женя уже давно понял, что по лицу этого мрачного типа ничего понять невозможно, – а к его поведению. В глубине души Женя надеялся, что охранник ослабит бдительность и тогда, может быть, ему удастся как-нибудь улизнуть. Куда он в этом случае направится, далеко ли убежит, об этом Женя пока не думал. Главное – оказаться без присмотра.
Один раз Жене даже показалось, что это ему удалось.
После неудачного знакомства с Юлькой и Коляном Женя избегал общества своих сверстников. Да их, кстати, не так уж и много было на соседних дачах. Наверное, проводили каникулы где-нибудь на океанских островах… Юлька, во всяком случае, давно не появлялась, а Колян не звал Женю в свою компанию. Скорее всего он поставил крест на чудаковатом соседском парне.
«Пусть потом сам расхлебывает!» – злорадно думал Женя, представляя, как Веньке придется заново знакомиться со своими дачными соседями.
Вот только когда это будет?
Выходя за ворота, Женя оглядывался и чаще всего шел к березовой рощице, которую, как сказала Маша, называли здесь «Детский сад». Наверное, потому, что туда без боязни можно было отпустить даже совсем маленького ребенка: рощица была небольшая и хорошо просматривалась со стороны поселка. Уходящая от нее вдаль асфальтовая дорога была почти всегда пуста и тоже видна как на ладони.
И вот, дойдя однажды до «Детского сада», Женя с удивлением обнаружил, что Андрея рядом с ним нет. Он огляделся, не веря своему счастью, и потихоньку пошел к дальнему краю рощи. Вышел на противоположную дачам опушку, остановился, оглянулся… Потом торопливо и не очень разбирая направление, пошел вперед.
Женя ускорял шаги, и сердце у него колотилось так, словно он был Эдмоном Дантесом, убегающим из замка Иф. Наверное, из-за стука собственного сердца он не сразу расслышал шаги у себя за спиной… Шаги были неторопливые.
Оглянувшись наконец, Женя увидел, что Андрей идет за ним с таким безразличным видом, как будто вышел собирать гербарий. Охранник даже не поинтересовался, куда это Женя направляется.
«Куда-куда… – тоскливо подумал Женя. – На кудыкину гору!»
С тех пор он оставил попытки скрыться от Андреева присмотра. Но зато обнаружил, что по крайней мере в «Детский сад» его уже не сопровождают.
«Решили, наверно, что никуда я оттуда не денусь, – понял он. – И правда ведь… Вот если увидят, что я из рощицы выхожу, – сразу догонят».
Но одно то, что можно было сидеть под березами, не видя рядом на траве Андреевой квадратной тени, – уже и это было неплохо.
Женя вышел за ворота ранним утром. Он чувствовал особенную утреннюю бодрость, и ему не хотелось растратить ее попусту – на никому не нужные разговоры, на тяжелое молчание за завтраком… Поэтому-то он и вышел из дому пораньше, когда все еще спали.
Правда, Андрей-то, конечно, проснулся. Женя видел, как охранник провожает его взглядом, стоя у окна на втором этаже.
«И чего ты смотришь? – сердито подумал Женя. – Можно подумать, я в космос отсюда улечу!»
