Кэролайн, нахмурившись, читала письмо Северуса. Да, об этом она не подумала. И с этим надо будет что-то делать. Организация отца ей была не нужна. Обходиться совсем без сторонников было невозможно, это она понимала. Барти был счастлив, когда она освободила его, и доказал свою абсолютную преданность. Северус неожиданно органично вписался в их компанию. К тому же оба мага участвовали в ритуале, они оба знали, что она поглотила то, что осталось от души ее отца. Другим потребовались бы доказательства. К тому же могли начаться интриги, борьба за ее внимание. Кое-кто мог захотеть избавиться от Темной Леди. Нет уж, обойдется! Но стоило подумать об осторожности. Все-таки они здорово рисковали. К тому же оставалось наследство Лорда Волдеморта. Не зря же кто-то убил наивную и самонадеянную Розмари, когда она хотела получить эти деньги. Зная свою мать, Кэролайн была уверена, что та просто-напросто проболталась кому не надо. Рассчитывать на сейф мог как тот, кто планировал возродить ее отца из остатков его души, так и кто-нибудь из бывших соратников. Первый был более опасным противником, но и Пожирателей со счетов сбрасывать не стоило. Молодая ведьма могла показаться легкой добычей. Вникать в расстановку сил при бывшем Темном Дворе времени и желания не было. Гоблинам было глубоко фиолетово, что происходило с деньгами после того, как они покидали банк. При отсутствии ключа право на содержимое сейфа подтверждалось кровью. Также кровью подтверждали свою личность при наличии завещания. Один экземпляр завещания всегда хранился в банке, так как гоблины не лезли в дела волшебников и были совершенно беспристрастны в отличие от того же министерства. К тому же министерству доверяли далеко не все. Том Риддл завещания не оставил. Идти в банк и предъявлять права было страшно. В этом было что-то окончательное, безвозвратное. Но деваться было некуда. Парик, макияж, превращающий ее в невзрачную женщину неопределенного возраста. И вперед. В банке она прошла в кабинет гоблина, который вел ее дела, и там заявила, что хочет предъявить права на состояние своего отца. Артефакта, скрывающего магию, пока раздобыть не удалось, и Кэролайн пользовалась простеньким детским, что служил для стабилизации стихийных выбросов, нашедшимся в запасах Барти. Брать с собой любовников она не стала. Это касалось только ее. Гоблин спокойно достал ритуальные чашу и нож и специальный зачарованный пергамент. Кэролай сняла артефакт (тонкую серебряную цепочку) и позволила надрезать себе ладонь. Над чашей проявилось сияние, а по пергаменту побежали строчки. – Да, – кивнул гоблин, – вы наследуете этому господину. Сейф номер триста тринадцать. Сто тысяч галлеонов, книги, артефакты, драгоценности. Вот опись содержимого, вот ключ. Желаете осмотреть? Кэролайн кивнула. Так просто и буднично. Нужный ей артефакт нашелся в одном из сундуков. Теперь можно было не опасаться излишнего внимания. Несколько старых книг по ритуалистике тоже пригодятся. И свиток с описанием редких ядов для Снейпа, пусть порадуется. Искажающее ауру кольцо для Барти. Деньги она решила пока не трогать. Уолден МакНейр замер в холле банка. На короткий миг ему показалось, что откуда-то повеяло такой знакомой силой и могуществом. Он резко оглянулся. Несколько ничем не примечательных колдунов и ведьм. Хотя это ничего не значило. Неужели правда? Метка не лгала. Но почему Лорд не позвал их? Что он задумал? МакНейр еще немного подождал. Ничего. Но это ничего не значило. Он будет искать...
