Ритуал надо было проводить в ближайшее время. Причем Люциус настаивал, что надо пригласить не только всех УПСов, оставшихся на свободе, но и некоторых нейтралов. По крайней мере – Паркинсонов, Буллстроудов и Забини. – И кто из них пытался меня убить? – прищурилась Кэролайн. – Мой человек в Отделе Тайн сказал, что была секретная разработка, – сказал Люциус, – сигнальные чары, реагирующие на метки. Вы пытались их активировать, а срабатывали чары. Вот, тут расчеты. И указания, кто мог их использовать. Кэролайн внимательно просмотрела пергаменты. Это многое объясняло. Как все-таки приятно сознавать, что никто из тех, кто когда-то присягал Лорду, не пытался ее убить. Правда, оставалась еще смерть матери. Но рано или поздно, она все узнает. – Ладно, – сказала она, – но дело в том, что проход в Тайную Комнату находится в туалете. Мне что, весь цвет британской магической аристократии через канализацию протаскивать? Я поэтому и искала какой-нибудь другой вход. Самой мне все равно, после пещер летучих мышей и нор некоторых речных обитателей меня уже ничем не испугаешь. – Мы можем сходить туда сами, посмотреть – что и как, – предложил Барти, – может, и другой вход найдем. Поприличнее. Так будет лучше всего, мало ли, что там. Снейп кивал. Содержимое Тайной Комнаты стоило осмотреть без толпы свидетелей. – Я с вами, – тут же сказал Люциус, – и Уолдена взять стоит. Он боец надежный. Раз Комнату уже открывали, но там вполне могут быть ловушки. Лишние палочки не помешают. – Да, так будет лучше, – подумав, кивнула Кэролайн, – меня беспокоит, что я помню, где вход и как его открыть. И про василиска. Но больше ничего. Как будто просто вырезали кусок памяти. Это может быть связано с остальными крестражами, но рисковать действительно не стоит. Тогда вы, Люциус, организуете вызов Дамблдора в министерство, и хорошо бы он там застрял подольше. А Северус попросит привидения нас подстраховать. – Можно еще Уизли пугануть как следует, – предложил Барти, – не думаю, что он там от жены прячется. А если Дамблдор решит, что некто берет штурмом Отдел Тайн, то точно с места сорвется. Присутствующие кивнули.
Артур Уизли уже привычно устроился на своем посту и развернул газету. Через час можно будет и перекусить. А потом и подремать. Но его планы оказались нарушены. Первым на площадке появился Люциус Малфой и торопливо скрылся за дверью, ведущей в Отдел. Причем дверь осталась приоткрытой. Тут же снова открылся лифт, и за Малфоем последовал МакНейр. Он тоже не удостоил Уизли даже взглядом и скрылся за дверью. Ну да, все министерство считало, что подкаблучник Артур скрывается от дорогой супруги потому, что опять потратил жалованье на маггловские поделки. Да чтоб они понимали... За МакНейром последовал Нотт... Крэбб... Гойл... Эйвери....Роули... Яксли... Гиббон...Селвин... Уизли в ужасе зажал рот ладонью. Это был просто кошмар наяву! Ужасно! Даже если они не смогут взять пророчество, то явно задумали что-то чудовищное и непоправимое. Они могли захватить какое-нибудь секретное оборудование! Редкие артефакты! Артур напряг память, размышляя, чем еще так привлекателен для Пожирателей отдел Тайн. Хроновороты... О, нет! Срочно, срочно вызывать Моуди и Дамблдора! И Люпина. И Шеклбота. Они спасут магическую Британию и не дадут всяким мерзавцам среди бела дня... Ну, то есть, не позволят. Что именно нее позволят и не дадут – Артур уже додумывать не стал и активировал выданный ему артефакт. Надо ли говорить, что никаких Упивающихся в Отделе Тайн не было? Люциус сумел уговорить волшебников пожертвовать несколькими волосками, дав Непреложный Обет, что они будут использованы только для пользы дела и ни в коем случае не во вред владельцам. Оборотное зелье у Северуса всегда имелось в избытке. Несколько магов из Лютного, которых МакНейр провел в Министерство, дали клятву неразглашения и приняли облик сторонников Лорда. А дальше было дело техники: человек Малфоя встречал пришельцев, вручал им по мешочку с деньгами и провожал до секретного камина.
Альбус Персиваль Вулфрик Брайан Дамблдор был в ужасе. Началось! Все-таки началось. И от него ждут помощи и поддержки, советов и руководства. А он... он... Но деваться некуда, он все-таки поборется. По крайней мере, дорого продаст свою жизнь. Если он сейчас спрячется и пересидит, то потом собрать сторонников просто не сможет. Жалко, что так мало надежных сильных бойцов. Ну, ничего... И он решительно шагнул в камин.
