Тот перечитал список, кивнул, и снова защелкал мышкой. Потом почесал свою, уже начавшую лысеть голову, и сказал, — Не беспокойтесь, товарищ Косыгин, поможем. На первых порах потрясем склады Госрезерва. Возможно, кое что подкупим за границей. Но Красную армию едой обеспечим. — Рогозин отложил бумагу в сторону и побарабанил пальцами по столу, — У меня к вам, Алексей Николаевич, встречное предложение. Насколько я знаю, когда у нас зима, у вас там лето. На долгую перспективу мы можем установить взаимовыгодное предложение. Ту часть своего урожая, которую вы не можете переработать самостоятельно, перерабатывайте у нас. Тут как раз будет межсезонье и недогруз мощностей. Мука, макароны, выпечка, растительное масло, свекловичный сахар… Да, те же самые мясо и рыба пойдут на переработку в консервы. Если рассчитывать на более длительный срок, то давайте договариваться о поставках соответствующего оборудования.
— Я передам ваши предложения товарищу Сталину, — ответил Косыгин, — они хотя и очень интересные, но далеко выходят за пределы моих полномочий. Думаю, что, в конце концов, этот вопрос будет решен к взаимному согласию.
— Теперь об обмундировании, — продолжил он, — Чтобы одеть и обуть тех, кто будет мобилизован первой очередью, имеющихся в наличии запасов у нас на складах Наркомата Обороны хватит. Но, как вы знаете, во время войны обмундирование и обувь изнашиваются быстро. Нам бы хотелось, чтобы вы помогли нам в их изготовлении. Тем более что наши военные специалисты уже высказывали мысль о необходимости переодеть бойцов действующих частей Красной Армии в форму нового образца, в определенной степени приближенную к вашей.
Мы можем развернуть производство новых образцов обмундирования и обуви на наших швейных и обувных фабриках. — Косыгин заглянул в одну из своих бумаг, и прочитал непривычное для него слово, — так называемые «камуфляжку» и «берцы». Я бы попросил вас прислать специалистов и образцы материалов, чтобы помочь наладить это производство у нас.
А так же нам нужны соответствующие выкройки и ТУ. Все это нужно сделать в кратчайшие сроки, поскольку к первому мая тысяча девятьсот сорок первого года, два миллиона комплектов нового летнего обмундирования, должно быть уже передано в войска приграничных округов и роздано в частях.
Российский премьер кивнул, и забегал пальцами по клавиатуре своего ноутбука. Потом он взглянул на Косыгина, и кивнул, — Алексей Николаевич, мы сделаем то, что вы просите. Только переход на новую форму надо как-то залегендировать… Необходимо распространить слух, что ее изготовляют для частей, дислоцированных на Дальнем Востоке или в Средней Азии… Впрочем, я думаю, что это будет поручено соответствующим компетентным органам — это как раз их задача решать подобные вопросы.
— Разумеется, — кивнул Косыгин и продолжил, — Так же будет необходимо изготовить для бойцов новое соответствующее снаряжение, — он снова посмотрел на лежащий перед ним листок, — «разгрузку». Тут вопрос аналогичный с изготовлением обмундирования — мы просим прислать специалистов, образцы материалов и выкройки. Думаю, что это тоже решаемо?
— Вполне, Алексей Николаевич, — ответил российский Премьер, — как и с другими элементами обмундирования, которые вы хотите заимствовать у нас. Думаю, что надо выделить этот швейно-обувной вопрос в особую тему, и назначить соответствующих профильных специалистов, которые будут им непосредственно заниматься.
Теперь кивнул Косыгин, продолжая перебирать лежащие перед ним бумаги. Вот он выудил из стопки еще одну, и положил на стол перед собой.
— Товарищ Рогозин, — сказал советский нарком, — для развертывания производства новых видов вооружения нам понадобятся дополнительные мощности. Нам будут необходимы станки, оборудование для заводов, инструменты, сверла, резцы, способные обрабатывать бронелисты, словом, — Косыгин протянул Рогозину очередную бумагу, — здесь все изложено.
Премьер-министр России внимательно изучил документ, взял маркер и сделал на нем несколько пометок, — Алексей Николаевич, — сказал он, — помимо того, что вы запрашиваете у нас, мы хотим предложить вам новые технологии и новые инструменты и станки. Они способны во много раз увеличить производительность труда и более качественно изготовлять детали. К примеру, роторные линии для производства боеприпасов к стрелковому вооружению. На тех же площадях производство можно будет увеличить сразу на порядок. Или оборудование для электродуговой сварки, в том числе корпусов кораблей и подводных лодок, что в несколько раз сократит производственный цикл на советских судостроительных заводах. И еще, в вашей заявке не упомянуто об электростанциях. Небольших, но мобильных и очень мощных, в которых, я уверен, у вас будет большая нужда. Ну, и многое другое, — российский премьер сложил полученные от Косыгина листы бумаги аккуратной стопочкой, — Вы здесь не последний день, и мы в любой момент сможем вернуться к любому вопросу, а окончательные корректировки внесем во время финальной правки всех документов.
