— Начнем с того, что мы знаем, что ваши люди в Иране в безопасности. Электростанция сработала как раз в тот момент, когда началась атака. Российские войска понесли большие потери, а иранская бронетанковая дивизия практически прекратила свое существование. Сейчас у нас больше людей на земле, но они сильно пострадали.
— Одна вещь, которую я усвоил так же, как и вы, генерал, это тот факт, что вы всегда сообщаете хорошие новости первыми. — Джек подождал, пока упадет второй ботинок.
— Военный опыт, да? — Колфилд перевел взгляд с Коллинза на Карла, затем на присоединившегося к ним француза.
Уилл Менденхолл подошел ближе к машине скорой помощи, чтобы попытаться сообщить директору Группы "Событие", что он рядом. Он провел пальцем по лицу, злясь на себя за то, что был таким эмоциональным.
— Вице-президент мертв. Его вертолет был сбит сегодня вечером в небе над заливом Сан-Франциско, через несколько мгновений после нападения здесь.
— Что-нибудь известно о состоянии президента? — спросил Эверетт, вытирая полотенцем лицо.
— На данный момент это выглядит не очень хорошо. Сейчас они поместили его в медикаментозную кому, что бы, черт возьми, это ни значило. Боюсь, у него обширные травмы. Председатель КНР погиб в воздухе. Сердечный приступ, во всяком случае.
— Что за гребаный бардак, — сказал Эверетт, сердито отбрасывая грязное полотенце.
— Это, мой друг, преуменьшение года, — сказал Колфилд. Джек сразу понял, что другой ботинок теперь опустится так же уверенно, как ступня Анри на шею инопланетянина.
— Что вы имеете ввиду? — рискнул Коллинз.
— Линия восхождения на пост президента идет к Спикеру Палаты.
Коллинз почувствовал, как его желудок скрутило, когда он сердито отвернулся. Анри пытался понять, что было сказано под реальными словами. Он подошел ближе к мужчинам.
— Помимо безумия, присущего всем политикам, могу ли я спросить о значении этого поступка?
— Анри, вы изучаете историю, и я полагаю, вы хорошо разбираетесь в классике. Что значит имя кардинала Ришелье для вас как для француза? — Карл прошел мимо и присоединился к Джеку.
Анри выглядел озадаченным. Кардинал был первоклассным негодяем в «Трех мушкетерах» Дюма. — Этот человек, этот Спикер Парламента…
— Он не друг ни президента, ни нас, — закончил Эверетт.
— Он хочет сказать, полковник, что этот человек, Кэмден, наверняка создаст проблемы для операции «Оверлорд» — наш единственный шанс победить в этом деле, — сказал Колфилд.
Джек покачал головой, злясь на то, что его роль в «Оверлорде» скрывали от него из-за опасностей, с которыми он и другие столкнулись бы, попав в плен к врагу, который в тот момент выглядел неудержимым.
Уилл Менденхолл подбежал к ним.
— Полковник… то есть генерал, нас хочет видеть док Комптон. — Он посмотрел на Анри. — Всех нас.
Коллинз и остальные четверо бросились к машине скорой помощи, где два медика сердито держали задние двери открытыми.
— Послушайте, поторопитесь, у этого человека серьезная потеря крови и он потерял правый глаз. Его левая рука последует за ним, а затем и его жизнь, если мы его не поймаем…
Четверо мужчин собрались вокруг машины скорой помощи. Джеку пришлось придержать Найлза, когда он попытался сесть.
— Тише, мы тебя слышим, Найлз.
Комптон, казалось, расслабился, а затем погладил сдерживающую руку Джека, усаживаясь поудобнее.
Уилл на мгновение отвернулся, увидев пропитанную кровью белую марлю, покрывающую лицо Комптона. Поврежденная рука была помещена в прозрачную пластиковую повязку, а белая рубашка директора была разорвана, обнажив несколько больших порезов на его груди.
— Доберитесь до… ваших… новых станций… императивно… императивно. — У него заканчивался воздух. — «Оверлорд»… должен… — Найлз закашлялся кровью.
— Черт возьми, мы должны доставить этого человека к центральным воротам, у нас там стоит авиатранспорт, — настаивал медик. Джек смотрел на человека испепеляющим взглядом, пока тот не опустил глаза, а затем снова повернулся к своему директору.
— Джек… Джек?
— Я здесь, Найлс.
— Сообщи… Вирджинии… пусть выбирается… сюда… и… займет мое… место… в… совете.
— Я сделаю это до того, как уеду на Гавайи, обещаю. — Джек смотрел, как Найлз пытается найти на голове свои очки. Джек знал, что очки этого человека давно исчезли, и чувствовал себя так плохо, что подавил свой гнев и печаль.
— Джек… ты… не понимаешь… это неправильно… — голос Найлза перешел на шепот. — Генерал Колфилд?
Максвелл Колфилд подошел ближе, чтобы услышать. — Я здесь, доктор.
— Вы двое… скажите Вирджинии… что-то не так.
— Что ты имеешь в виду, Найлс? — Коллинз взглянул на Колфилда, который пожал плечами. Он тоже не понял комментария.
— Спичстик… Спичстик… ничего нам не говорит. Это может… не иметь значения, в конце концов… но он знает кое-что, что… он скрывает от нас.
Джек почувствовал, как кровь отхлынула от его лица. Но… — Я не улавливаю.
— Он… знает… он… знает… почему. Он… солгал нам… Серые здесь не… из-за планеты или ресурсов… они…
Найлс потерял сознание. Джека и остальных грубо оттолкнули служители, и двери закрылись.
