Хотя в тот момент мне казалось, что я вижу молодого папу. Тогда я точно знал, каким он был в молодости. Почему жизнь так жестока? Почему считается, что повзрослеть – значит отказаться от своих юношеских увлечений? Хотя, думаю, люди в этом не виноваты. Ведь есть увлечения, которые действительно не совместимы с семейной жизнью, с жизнью человека, работающего, чтобы содержать семью. Я не виню никого. Такова жизнь. Правда, я знаю людей, которые сумели совместить обе стороны жизни – свои обязанности со своими развлечениями, но это произошло не сразу. Для этого надо пройти долгий путь. Надо твердо встать на ноги. Надо обеспечить тыл. Только после этого есть возможность позволить себе немного безрассудства. Это надо заслужить точно так же, как и высокую пенсию. Все в жизни имеет свою цену. И это отличная новость. Это значит, что все зависит от нас.
Однако я снова отвлекся. Не буду же я утверждать, что обо всем этом я думал тогда, наблюдая за папой. Нет. В двенадцать лет я пока не мог думать о таких вещах. Тогда я лишь заново знакомился со своим отцом.
А думал я вот что.
Эти здоровые мужики ведут себя, как пацаны, собравшиеся во дворе школы. В таких компаниях всегда бывает лидер. Определить его проще простого. Во-первых, когда он говорит, все смотрят на него. Но фишка не в этом. В принципе, группа всегда смотрит на того, кто говорит. Фишка в том, что когда любой другой член группы что-то рассказывает, он смотрит на лидера. То есть, по сути, каждый из них рассказывает свою историю лидеру, а остальные лишь слушают со стороны. Так вот, в этой группе лидером был мой отец. Все смотрели на него.
Я даже не слушал, о чем они говорили. Я просто наблюдал и чувствовал все это. Вдруг я ни с того ни с сего вякнул:
– Пап, ты альфа-самец.
Все начали смеяться.
– Что? – спросил папа.
– Ты – альфа-самец в этой группе.
Дядя Денис засмеялся.
– Мы все тут альфы, Андрюха.
– В группе бывает лишь один альфа.
– И поэтому мы с твоим отцом никогда не ладим.
Дядя Денис пытался превратить эту тему в шутку, но я был настроен как никогда серьезно.
– Вы все позвали папу к себе в команду. А значит, вам он нужен. Значит, вы не считаете себя альфами.
– Андрюха, я сейчас тебе уши слегка надеру…
– Никто не вправе трогать сына альфы.
Все засмеялись, кроме дяди Дениса.
– Вадим, успокой сына, а то я…
– Он – сын альфы.
– Да я вас обоих щас…
– Да шучу я. Блин…
Итак, я собрал достаточно информации, чтобы передать деду. Надо было поскорее ее доставить по назначению. Поэтому я не стал дожидаться, пока пройдет неделя. Я сообщил маме, что снова еду к деду, и, не обращая внимания на то, как она пытается скрыть свое удовлетворение этой новостью, собрал свои вещи и вышел из дому.
В пути я несколько раз звонил деду. Он почему-то не отвечал на звонки. Я даже начал волноваться.
Я сошел с электрички и снова позвонил ему. И снова безрезультатно. Я стоял на перроне и не знал, как добраться до дома деда? Вдруг чей-то голос:
– Мальчик. Эй, пацан!
Я обернулся. Со мной говорил здоровый деревенский мужик, сидящий на лошади, к которой была привязана еще одна лошадь без всадника.
– Вы это мне? – спросил я.
– Да, да. Ты же внук Мастера, нет?
– Кого?
– Мастера? Я видел тебя у него дома. Ты же его внук.
Я хотел было спросить, как зовут этого мастера, но вдруг понял, что сам не знаю, как зовут моего деда. Я всю жизнь звал его дедом, и родители, разговаривая со мной о нем, тоже, конечно же, всегда говорили «твой дед».
– А как зовут мастера? – все же спросил я.
– Понятия не имею. Мы все его только Мастером и зовем. А ты что, не знаешь?
– А Вы куда едете? В деревню?
– Да, хочешь, подвезу? На лошади когда-нибудь ехал?
– Фотографировался, сидя на пони, когда был маленький.
– Это не то. Ладно, забирайся. Нет тут ничего сложного.
Мужик слез с лошади и помог мне залезть на вторую лошадь. Затем снова сел на свою лошадь и мы поскакали.
Сначала мне все время казалось, что я вот-вот грохнусь на землю. Но, посмотрев, как спокойно сидит в седле мужик, я понял, что это мне только кажется с непривычки. Постепенно я привык к этому постоянному подпрыгиванию в седле, и мой мозг начали занимать всякие мысли. Как всегда.
Я снова начал думать о том, как много впечатлений выпало мне за последнее время. Я скакал на лошади к деду, которому должен был доставить важную информацию. Прямо как в книгах Александра Дюма. Мне даже на мгновение показалось, что сейчас из-за деревьев выскочат гвардейцы кардинала и попытаются остановить нас. Я невольно «пришпорил» коня своими кроссовками. Конь ринулся вперед.
– Эй, эй, тише, пацан! Это тебе не пони! – закричал мужик.
Я потянул на себя уздечку, поражаясь своей смелости. Конь замедлил шаг.
Мы продолжили путь. Я снова погрузился в мысли, и у меня промелькнула мысль, от которой мне стало стыдно. Я подумал, что это хорошо, что мои родители расстались. Ведь только сейчас я начал действительно познавать вкус настоящей жизни. Если бы они не расстались, я, возможно, и дедушку своего больше никогда бы не увидел.
* * *
Мужик действительно привез меня к дому деда.
