Риббентроп проснулся рано. После обычных утренних процедур он оделся потеплее, взял каталог ценностей и пошел в парк.
Немного прогулявшись, зашел в небольшую деревянную беседку и разместился в кресле-качалке. Слегка раскачиваясь в нем, Риббентроп стал рассматривать каталог ценностей, захваченных сотрудниками его министерства в странах Восточной Европы. Ведь за каждой приобретенной работой или, вернее, произведением искусства (отбирались самые ценные и уникальные работы) стояла своя история: история создания, история существования, наконец, история попадания в его руки. Рейхсминистр любил порой в спокойной непринужденной обстановке поразмыслить на эти темы, спрогнозировать дальнейшие варианты использования шедевра…
Тихо подошел адъютант. Он поставил на столик поднос, на котором стояла чашка душистого кофе и тарелочка с любимым рейхсминистром баварским голубым сыром.
— Спасибо, — буркнул Риббентроп. — От Оскара ничего нет?
— Никак нет, господин рейхсминистр.
Вчера помощник Риббентропа позвонил из Берлина и сообщил, что Кейтель при докладе Гитлеру о положении на Восточном фронте, сказал о больших успехах Абвера в части уничтожения русского золотого запаса.
«Конечно, Хитрый Лис (Канарис) все приукрасил в донесении для Кейтеля. А старый вояка-болван ничего не перепроверил, — раздумывал Риббентроп. — Но, тем не менее, похвалу от фюрера Хитрый Лис определенно заслужил», — вымолвил:
— Подготовьте ему шифровку, пусть сделает внеочередной подробный доклад по реализации операции «Argentum».
— Слушаюсь, господин рейхсминистр.
— Свободен.
Адъютант незамедлительно удалился.
Риббентроп не спеша съел ломтик сыра, сделал несколько глотков из чашки и снова с интересом стал рассматривать каталог захваченных ценностей…
Ермолай проснулся и сразу понял, что в дверь его купе кто-то настойчиво стучит.
— Да, да, — бросил, поднимаясь и садясь на лавку.
Дверь распахнулась и появился улыбающийся Милорадов.
— Ну и спать ты горазд! На улице день-деньской, а мы еще не завтракали по твоей милости, наклеп.
— Точно, заспался что-то, — изрек Ермолай. — Сон непонятный приснился, будто я по горам шастаю, — усмехнулся.
— Бывает.
— А где мы сейчас? У нас все нормально?
— Уфу проехали. Кстати, к Уральским горам приближаемся. Идем на всех парах, без остановок, скоро конечная остановка, наклеп. Давай, Ермолай, подходи на завтрак.
«Капитан ведет себя, как будто вчера ничего не было, — подумал Ермолай. — Может, оно и правильно, внешне должно быть все как обычно, одно дело делаем. Тем более, терпеть мне его осталось недолго», — бросил:
— Спасибо, Василий Никифорович. Сейчас ополоснусь и иду…
За столом чувствовалась некая скованность присутствующих лиц.
Завтрак прошел в молчаливой обстановке и закончился достаточно быстро…
Капитан Пипия благополучно добрался до своего школьного друга Резо Мармеладзе. Друг, с окладистой черной бородой, встретил радушно, через десять минут они сидели за богатым накрытым столом. Хозяин пытался подбить гостя выпить своего, домашнего вина. Но Пипия, ссылаясь на предстоящую дорогу, отказывался…
— …Значит, Григорий, едешь навестить дядю, благое дело. Прекрасно помню твоего дядю Дато, его лавку с ювелирными изделиями. Большой мастер…
— Ты, Резо, когда последний раз на родине был?
— Год, или полтора назад. Григорий, ну давай, выпей моего вина.
— В другой раз. Я сейчас посплю 5 часов и снова отправлюсь в путь, понимаешь…
— Я все понимаю. Но это как-то не по-нашему…
Темная комната, на кровати спит, лежа на спине, мужчина.
Осторожно открывается дверь и входит бородатый мужчина с фонариком в руке и ножом-кинжалом на поясном ремне. Он осторожно проходит к кровати, подходит к стулу, на котором висят вещи спящего мужчины и лежит пистолет. Достает из гимнастерки какие-то документы и, осторожно подсвечивая фонарем, рассматривает их. Вот удостоверение на капитана Пипия Григория… а вот на капитана Резо Мармеладзе? Но фото на нем… Пипия!? Мужчина с бородой сильно удивлен, глаза вспыхивают!? Подумав несколько секунд, он убирает документы в гимнастерку. Он пытается достать из-под стула вещевой мешок. Мешок очень тяжелый и с трудом поддается мужчине. Он развязывает его и… достает металлический слиток! В темноте трудно понять, то ли он золотой, то ли серебряный! Мужчина заглядывает в мешок, а там еще 4 таких же слитка! Мужчина поражен и обескуражен… какое-то время раздумывает, смотрит на спящего…
Но вот он, очевидно приняв решение, аккуратно кладет слиток на пол. Завязывает мешок и убирает его под стул. Достает кинжал и сильно бьет им в сердце спящего мужчины. Бедняга вздрагивает и, вероятно так и не поняв, в чем дело, остается неподвижно лежать с закрытыми глазами.
