Кабинет осветила голубая вспышка, и над столом развернулось изображение зала заседаний Совета Старейшин. Мгновенно поднявшись, я поклонилась четырнадцати мужчинам, что управляли жизнями всех жителей, населяющих планеты, входящие в Конгломерат Сианор-Агави’Ияр.
— Представься, — произнёс один из них, окинув меня изучающим взглядом.
— Аюми Тэдьюи, кодовое имя Ветер. Миахана первого ранга. Человек, — ровно отрапортовала я, не моргнув и глазом.
Старейшины загудели, обсуждая мою внешность, физические и психологические данные, послужной список. Всё это транслировались им с большого визора, а моя трёхмерная проекция медленно вращалась в центре зала.
— Тебе объяснили, зачем ты здесь? — наконец, раздался голос одного из Старейшин.
Бросила взгляд на Советника Мьяно и, дождавшись кивка, означавшего, что я могу говорить, чётко ответила:
— Нет.
— Конгломерат нуждается в тебе. На данный момент, ты — лучшая из миахан. У тебя нет ни одного проваленного задания, к тому же, ты идеально подходишь по внешним параметрам.
— Могу я спросить, о чём речь? — с абсолютно бесстрастным лицом уточнила я, хотя внутри всё звенело от напряжения.
— Ты должна заменить дочь Старейшины Эйваго в дипломатической миссии в Империю Райвар, — пояснил Советник Мьяно, опережая Старейшин.
— Служение Конгломерату — честь для меня, — склонила я голову в привычном жесте, лихорадочно размышляя, чем мне это грозит и что нужно делать в этой ситуации. — Простите, но не могу не спросить, поставили ли вас в известность о том, что на данный момент, я несколько не в форме?
— Да, об этом нам доложили, — гневно сверкнул глазами один из Старейшин. — Советник Мьяно разберётся с этим вопиющим недоразумением. У тебя будет три дня на восстановление. Совет предоставит все необходимые для этого ресурсы.
Поклонилась, выражая признательность, и вышла из кабинета, подчинившись повелительному жесту мужчины. За дверью тихо сползла по стенке, уткнувшись лбом в колени, и стала размеренно дышать, прогоняя подступившую панику.
— Ветер? — раздался удивлённый голос того, кого я хотела бы сейчас видеть в последнюю очередь. — Идём, ты-то мне и нужна.
Подняв голову, увидела нашего психолога, доктора Хайвара, и содрогнулась, представив, зачем могла ему понадобиться. Придерживаясь за стенку, встала и подошла к нему, чувствуя себя так, словно иду на собственную казнь.
— Ну-ну, не стоит меня бояться, мы всего лишь побеседуем. Леди Анклер сказала, что у тебя произошёл рецидив, — с показным сочувствием покачал он головой. — Пойдём в мой кабинет, там нам будет удобнее всё обсудить.
Я судорожно вдохнула, но послушно побрела следом.
Двенадцать лет назад я сорвалась, не удержав эмоции под контролем, и отпустила жену преступника, позволив ей прихватить маленьких детей. По уставу, которому подчинялись миаханы, меня должны были казнить, но уже тогда я подавала надежды, выделяясь на фоне своих со-учениц. В тот раз меня спасло то, что следуя инструкциям, я сама призналась в этом наставнице.
Меня отдали Хайвару на корректировку. Я до сих пор не знаю, что он со мной делал. От месяца, проведённого в его компании, не осталось воспоминаний. Лишь отчётливый страх, точнее, удушающий ужас, затапливал меня в его присутствии, да жуткие головные боли настигали при попытке вспомнить, что тогда происходило.
Прошлое вмешательство доктора Хайвара окончательно избавило меня от эмоций, но какой ценой? Конечно, тогда я не задумывалась об этом, радуясь вернувшемуся хладнокровию и чёткости мыслей. Я снова могла идти к цели, не гнушаясь средствами. И я добилась того, к чему стремилась — стала лучшей.
Но сейчас, оглядываясь назад, я понимала, что не хочу снова быть бездушной машиной. Я впервые осознала, что тоже живой человек, со своими чувствами, желаниями, идеалами. Я осмелилась мечтать о лучшей, настоящей жизни. Второй ошибки мне не простят. А значит, мне нужно скрыть падение блоков. Любой ценой!
Правда, как выполнять работу, не задавая вопросов и будучи способной испытывать жалость или сожаление, я тоже не представляла. А в том, что придётся это делать, не было сомнений. Слишком много сил и средств вложили в моё обучение, чтобы позволить мне уйти. У меня всего два выхода — беспрекословно подчиняться, незаметно выискивая пути отступления, или показать характер и умереть.
Бежать сейчас — бессмысленно. В моём теле не менее трёх чипов, контролирующих не только физическое состояние, но и мои перемещения, и финансовые операции. Ни средств, ни оружия, ни документов, о которых было бы неизвестно нашим наставницам. Конечно, всё это я могла добыть, но для этого нужно было вырваться из Конгломерата, а как это сделать, если данные о моих перемещениях постоянно фиксируются?
За этими размышлениями, я не заметила, как мы пришли. В кабинете нас уже ждала леди Анклер, задумчиво глядящая в окно.
— Присаживайся, — кивнул доктор Хайвар на один из стульев. — Итак, расскажи мне, какие эмоции смогли пробиться сквозь твой блок.
