Зашел в гараж, скривившись от невообразимой смеси запахов: отработки, солярки, металла, винокуренного и сахарного кустарного производства. Вроде давно привык, а как зайдешь со свежего воздуха — чуть с ног не сшибает. Прошел в каптерку кладовщика, всё уже были в сборе, даже его не ждали — на столе поблескивала начатая бутылка. «Зря пять взял» — подумал с сожалением: «Им щас после этого самогона хоть чо налей — разницы не поймут. Никакой культуры пития!» И тут же устыдился: «Хотя не мне судить, да».
Собравшиеся его вяло поприветствовали, он отмахнулся: «Да виделись, глаза ваши рожи уже намозолили».
— Нарыл что-нибудь? — Сходу озадачил его брат.
— Губин Михаил Павлович — информации ноль. Что я нарою то, без интернета? Хоть убей — этого персонажа не отображаю. — огрызнулся Егор.
— А я вам говорю — из евреев этот купчишка или выкрест! — безапелляционно заявил Анисим. — Я за эти два дня «Каменный пояс» перечитал, в третий раз. Нет там никакого Губина! Так мыслю — аферы какие-то крутит! И из народа трудового жилы тянет!
— По показаниям казачка отставного и инженера, Губин этот как минимум шесть заводов на Урале скупил, имеет несколько фабрик в России, избирался московским городским главой, денег куры не клюют. — Серёга доложил кратко и по делу..
— Или немец! — Воскликнул Егор. — Хотя больше на жида похоже, такими капиталами ворочает, а информации о нём до нас не дошло. Это их почерк, в тени держаться!
— Вот о чем и речь! — Захар пристукнул рукой по колченогому столу, жалко звякнули тарелки и стопки. — Наливай! Егор, а ты подальше от него держись, нам твой антисемитизм известен. И язык без костей! Нам с ним надо как-то разруливать, а не с ходу наезжать, кто Христа зарезал!
— Да контра наш Егор! — сказал как отрезал Анисим. — Он и революцию ни во что не ставит, я с ним больше не разговариваю о политике, когда пьем. Ведь за малым не пристрелил крайний раз, такого мне про вождей революции наговорил, паскуда!
— Дед, пока ты за своей СВТ ковылял, я выпить успел, закусить и покурить! И не торопясь ушел! Вот видишь, какое оно, еврейское коварство!? Их уже сколько лет нет, а ты из-за них чуть грех на душу не взял! Так они и Россию подожгли в семнадцатом, пол-страны с упоением резалось с другой половиной! — Не уступал Егор.
Еле их растащили, Анисим боевым петухом хорохорился и вырывался: «Твое счастье, что не в сорок первый попали, товарищ Сталин быстро бы тебя к ногтю, как врага народа, морда мелкобуржуазная!» Егор огрызался: «Так вот кто написал сорок миллионов доносов!» Развели по разным углам, а сами достали принесённую Егором настойку и принялись разливать. Егор с дедом тут же заключили пакт о перемирии и тоже подтянулись к столу. Захар погладил бутылку и мечтательно произнес: «Вот чего у тебя не отнять, Егор — так это умения настойки делать, талантище! Эта интересно, на чем? Ягодка какая-то нарисованная на скотче, с точками, клубника наверное. Вздрогнем!»
Вздрогнул Егор: «Мухоморовка же! А ладно, её если не перепить — нормально. Для куража». — остальные спокойно выпили и принялись закусывать. Тесть Егора Борис, напустив на себя таинственный вид — анонсировал: «Сейчас мужики, такое принесу!» — и вышел. Пару минут подождали и забыли. Ну какие тут могут быть сюрпризы, после переноса уже ничем не удивишь. Отсутствовал Борис долго, про него уже совсем забыли, когда он зашел, неся в руках картонную коробку, а на плече висел какой-то чехол с приблудой непонятной.
— Вот! — Торжествующе грохнул он коробкой об пол и сняв с плеча чехол, предупредил: — Руками не лапать, прибор дорогущий и импортный!
Заметив недоумение на лицах — прояснил ситуацию: Это Витькины вещи, хозяина лесопилки, повезло, что здесь это держал! Я поначалу прибрал всё, пока ажиотаж был, сейчас вот, любуйтесь!
— Этот Витька же маленько с прибабахом был, с миноискателем бродил по Кулемке, по полям и бывшим хуторам, всё хотел золото Пугачевское найти. — Сразу проявил понимание Председатель. — Только не нашел ничего, окромя железяк разных, в землю затянутых. Ещё рельсы откапывал, старинные, там то ли мельница раньше была, то ли маслобойка, на речке. Постой, так это миноискатель!?
— Он самый! — Торжествующе заявил Поляков. — Только у тебя сведения не полные, Захар, Витька то и серебришко отыскивал, немного правда. Но находил! И на золото прибор этот настроить можно! Егор вон электрик, разберется, смекаете, к чему я!?
Первым смекнул Захар: «До Миасса же сто тридцать километров по дорогам, подведет нас под монастырь этот миноискатель!»
— Не мино, а металлоискатель, — поправил Егор, завладевший прибором и рассматривающий инструкцию, — толку то от Миасса этого, там же промышленное производство, не потянем. И спалиться как два пальца об асфальт.
— А вот в этой коробке, — голосом Якубовича, предлагающего крутить барабан, провозгласил Боря, — куча литературы всякой, в основном хлам про Пугачева и Юлаева, но есть и про золото на Урале. И карты! Речка недалеко от Миасса есть, Ташкутарганка! Там самородное золото! Дело верное!
