– Я побуду с тобой, пока ты будешь переодеваться, – предложила Эмма. – Это позволит нам несколько минут поговорить наедине.
Сестры поспешили в спальню Доротеи, где их уже ждала служанка.
– Мне не придется возвращаться в Йоркшир после твоей свадьбы, – сообщила Эмма, пока служанка помогала Доротее снять восхитительный наряд. – Тетя Милдред и дядя Флетчер разрешили мне остаться с Гвен и Джессоном. Я собираюсь быть у них, когда Гвен родит ребенка.
Ребенка? Доротея нахмурилась. Очевидно, Гвен по-прежнему скрывала свои подозрения, что носит двойню.
– Я уверена, что Гвен будет рада. Ты будешь с ней и сможешь ее утешить, когда подойдет время рожать, – согласилась Доротея.
– На самом деле, это Джессон пригласил меня остаться, – сказала Эмма. Она положила голубую шляпку сестры в ее дорожный сундук, а взамен вручила служанке элегантную белую. – Он думает, что Гвен станет легче, если я буду с ней последние недели беременности.
– Уверена, что Гвен это поможет. Я тоже буду заезжать к вам до появления ребенка, – заявила Доротея, надеясь, что Эмма сумеет отыскать способ справиться с их сверхэмоциональной, непредсказуемой старшей сестрой.
Эмма в замешательстве нахмурила брови:
– Ты будешь слишком занята, Доротея. Сомневаюсь, что муж разрешит тебе надолго покидать его спустя такое короткое время после свадьбы.
– Я замужняя женщина, а не рабыня. Атвуд не станет возражать против моих встреч с сестрой, – уверенно заявила Доротея, хотя, сказать по правде, сомневалась в этом.
Как странно осознавать, что ограничения в ее жизни все так же сильны, все так же неизменны. Ведь она очень надеялась, что замужество предоставит ей больше свободы, больше возможностей принимать решения относительно своей жизни. Но почему-то почти ничего не изменилось. Всего лишь диктат опекуна сменился диктатом мужа.
«Но ведь можно научиться управлять мужем», – неожиданно пришло ей в голову, и Доротея улыбнулась. Вот в чем огромная разница. Завершив переодевание, она пощипала щеки, чтобы улучшить их цвет, и снова была готова предстать перед своим молодым супругом.
Картер ждал ее на усыпанной гравием подъездной дорожке в окружении большинства гостей. Доротея сердечно попрощалась с каждым. Последними к ней подошли лорд и леди Дарлингтон.
– Будь счастлива, – прошептала ей на ухо леди Мередит, крепко обнимая.
Лорд Дарлингтон взял ладони Доротеи в свои.
– Атвуд, похоже, прекрасный человек. Но если вам когда-нибудь потребуется помощь, знайте, вы всегда можете обратиться ко мне.
Доротея благодарно сжала его руку, улыбаясь сквозь слезы, внезапно выступившие на глазах.
– Благодарю вас. За все.
Всхлипнув, Доротея взяла Картера под руку, и они отправились к карете. Она поднялась на две ступеньки, но прежде чем усесться в элегантный экипаж, задержалась и бросила через плечо свой свадебный букет. Цветы попали прямо в руки виконта Бентона – он машинально поймал их. Вид у него был крайне озадаченный.
– Говорят, кто поймает свадебный букет невесты, следующим вступит в брак, – с улыбкой объявила Доротея.
Ее слова были встречены громким хохотом – большинство гостей отлично знали взгляды Бентона на супружество. Он смотрел на букет с явным отвращением, словно держал в руках клубок ядовитых змей. Нахмурив лоб, виконт окинул взглядом окружавших его людей. Игнорируя нескольких взволнованных хорошеньких девушек, бросавших на него застенчивые взгляды, он вручил цветы старшей дочери Дарлингтонов. Лицо Стефани озарилось счастливой улыбкой – она трогательно держала букет перед собой.
– Молодец, Бентон! – пошутил Картер, перед тем как подняться в карету и усесться рядом с женой.
Новобрачные выглянули в окошко и махали провожающим, пока карета не свернула на запруженную транспортом улицу. Вдогонку им неслись пожелания счастья и доброго пути.
– Я рад, что все это наконец кончилось, – заметил Картер.
– Полагаю, все прошло хорошо.
Доротея решила, что не стоит придавать особого смысла его явному облегчению. Многим мужчинам не нравятся свадьбы, особенно собственная.
Придав лицу довольное выражение, Доротея обернулась к мужу. Плененная его дразнящим взглядом, она придвинулась ближе. Достаточно близко, чтобы ощутить жар его сильного тела, его пьянящий запах окутал ее, завораживая. Взгляд Картера опустился к ее губам. Глаза его потемнели, дыхание участилось и стало прерывистым. Доротея склонилась к нему чуть ближе…
Карету сильно тряхнуло на выбоине, и их отбросило друг от друга. Очарование момента мгновенно разрушилось. Шумный вздох вырвался из груди Доротеи, когда Картер откинулся на спинку сиденья и отвернулся. Она ощутила сильнейшее разочарование, но постаралась поскорее его скрыть. Новобрачной следовало улыбаться и радоваться в день своей свадьбы.
Она безмятежно заговорила об угощениях, поданных на свадебном завтраке, поинтересовавшись, какие блюда ему понравились больше. Он отвечал в том же духе, и следующие несколько миль разговор шел о пустяках. Выехав за город, они сделали короткую остановку у почтовой станции.
