Ванна! Какая поистине изумительная идея. Доротея с готовностью закивала и тут же поморщилась, потому что острая боль пронзила голову до самых зубов. Боже милостивый, у нее даже волосы болели.
– Ванна – это райское блаженство.
С понимающим видом, но ничего не выясняя, Сара сделала необходимые распоряжения.
Доротея нежилась в горячей ванне, пока вода не начала остывать. Тогда она с помощью служанки осторожно вылезла из ванны. Чувствуя себя намного лучше – почти человеком, – Доротея велела Саре заплести ей косу. Затем надела простое ярко-голубое шелковое платье, дополнив его филигранным золотым ожерельем и соответствующими серьгами, принадлежавшими еще ее матери, и наконец почувствовала себя готовой спуститься к ужину.
Она появилась в гостиной в состоянии тихой паники, озабоченная тем, как встретит ее Картер. Притворится, что ее выходка с алкоголем в начале дня вообще не имела места? Станет ее отчитывать или всем своим видом продемонстрирует неодобрение?
Мужьям несправедливо дано право указывать своим женам, как себя вести. И сегодняшний инцидент может привести к глубокому разладу между супругами. Доротея не была уверена, что ее нервы и больная голова смогут выдержать длительную нотацию.
Она попросила лакея, дежурившего у двери гостиной, не объявлять о ее прибытии и тихо проскользнула в комнату. Картер был уже там. Одетый в черный вечерний костюм, он выглядел необычайно красивым. Сердце, как обычно, замерло у нее в груди.
– Ах Доротея, как приятно вас видеть! Я не был уверен, что вы сегодня спуститесь к ужину.
– Добрый вечер, Картер. – Доротея обуздала свои нервы и строго приказала себе держаться невозмутимо. Похоже, это был лучший способ заставить ноги двигаться вперед. – Извините за опоздание. Надеюсь, вы не умираете с голоду.
– Я уже поел чуть раньше с мистером Хиггинсом. Нам нужно было обсудить массу дел. Надеюсь, вы ничего не имеете против?
– Вовсе нет.
– Я могу посидеть за столом, пока вы будете ужинать, – предложил он.
– По правде говоря, я бы предпочла, чтобы мне подали что-нибудь легкое.
Картер согласно кивнул и позвонил лакею, которому и передал ее просьбу.
– Да, и обязательно принесите для ее светлости чай – большой чайник горячего чая.
Доротея заставила себя признать, что вовсе не усмешку увидела на лице мужа, когда он отдавал распоряжение принести ей чай. Хотя, сказать по правде, крепкий черный кофе был бы намного лучше.
Они учтиво беседовали, когда слуги принесли и подали ей еду, и напряженная неловкость, заполнившая пространство, вскоре рассеялась.
Чувствуя себя одним из тех вывалившихся из гнезда птенцов, которых так охотно подбирала и выхаживала Гвендолин, когда они были детьми, Доротея медленно ела, отправляя в рот маленькие кусочки, избегая всего, что содержало подливу, большое количество масла или было щедро приправлено пряностями, предпочитая простую пищу.
К счастью, все благополучно улеглось у нее в желудке. Когда ее чайная чашка опустела в третий раз, Доротея заметила, что Картер пристально наблюдает за ней. Подняв с колен льняную салфетку, Доротея слегка коснулась ею уголков рта, затем вздернула подбородок и открыто встретила взгляд мужа.
– Вам лучше? – с сочувствием спросил он.
– Намного. – Чувствуя, что нужно сказать что-то еще, она тихо добавила: – Обычно я не пью так много вина – бокал… самое большее два.
– Рад это слышать. А то я уж решил было, что с вашей помощью счета от виноторговца пустят меня по миру.
– Не будьте так жестоки, милорд. – Доротея прикрыла улыбку чашкой с чаем.
Картер окинул ее взглядом и подмигнул. Ох, до чего же он коварный! Коварный чувственный мужчина. Она задрожала.
– Может, поиграем немного в карты, милорд?
– Почему бы нет? В вист?
Она согласно кивнула. Картер достал колоду карт и пригласил жену поближе к камину. Доротея подождала, пока он разложит карточный столик, и заняла кресло напротив мужа. Затем взяла карты и начала неспешно тасовать.
– Назначим ставку или будем играть просто так, для развлечения?
– Просто так, – осмотрительно ответил Картер. – Ваши пальцы слишком ловко управляются с картами, моя дорогая. Боюсь, если мы будем играть на деньги, я окажусь попросту обобранным.
– Меня обучал лорд Дарлингтон, – с улыбкой заявила Доротея.
– Это многое объясняет. Я слышал, в свое время он был настоящей акулой в висте.
Доротея кивнула:
– Лорд Дарлингтон поразительно опытен. Когда я приехала в Лондон, он настоятельно не советовал мне играть. Говорил, что это напрасная трата времени и денег.
Картер взял со стола карты, которые она сдала, и небрежно расправил в руке.
– Однако он все же обучил вас?
– Причем сам настоял на этом. В карты играют почти на каждом светском мероприятии, ну исключая разве что посещение театра. И лорду Дарлингтону хватило здравого смысла понять, что я не всегда буду следовать мудрым советам его и леди Дарлингтон. Поэтому, раз уж я собиралась участвовать в карточных играх, мне необходимо было уметь играть. И выигрывать.
– Благодарю за предостережение. Буду сегодня настороже.
Доротея рассмеялась. Сбросив две карты, она взяла из колоды две новые.
