– Как минимум десяток моих людей будет охранять каждую партию, – озвучил Даня, лениво пережёвывая японские деликатесы. Что-то мясное и рыжее, с семенами чёрного кунжута. Я заказывала другое, но они были идентичны на вид. Кисло сладкий соус никогда не был моим любимчиком, но местный повар знал своё дело. Мясо рассыпалось во рту. Я, наконец, нашла плюсы в этой стране.
Ди Вонг поразмыслил и обратился к Дане, смягчив голос:
– Даниэль, вам нужно перебраться сюда. – Он всё так же шипел, но старался говорить убедительно. – Вместе с женой, конечно. – Подарив мне уважительную улыбку, мужчина продолжил: – Ваша страна слишком проста для вас. Япония! Вот новый горизонт для бизнеса! Справитесь здесь и откроете весь мир!
– Моя страна помогает мне, на многое закрывая глаза. – Даня спокойно взглянул на меня. Я сидела напротив, Нати рядом со мной. – Разве можно отказаться от такого в пользу здешних строгих рамок?
– Да, это государство не для трусов. Но вы уж точно не трус, Даниэль.
Иногда мне казалось, будто Ди Вонг учил английский по песням, поскольку часто произносил фразы с заученной музыкальной интонацией.
– Дело не в трусости, – взгляд мужа оставался на моём лице. Я поняла, что он пытался прочесть мои мысли по поводу переезда в Японию, и только тогда до меня дошло, что Ди Вонг не шутит.
Был только один аргумент, который заставил меня задуматься об этом, кроме вкусного мяса в местной кухне. Я вдруг проснулась, поняв, что Токио может стать убежищем. Я бы привыкла к его серости, к шуму и запаху, если бы это означало, что Шахов никогда не доберётся до Князя.
Что-то прочитав на моём лице, Даня ответил Ди Вонгу:
– Мы подумаем над этой перспективой.
Когда все разговоры были улажены, я уже не так хотела спать. Беспорядок в моих мыслях придавал бодрости, но мы, наконец, вышли из ресторана в вестибюль отеля.
Нати крепко обняла меня. Пока её муж довольствовался мягким пожатием моей ладони, она коротко кивнула Дане, но не коснулась его. Однако это не было обусловлено страхом или неловкостью. Скорее уважением к нему или ко мне, а может к нам обоим. Но Нати не боялась Князя, как другие женщины. Я объясняла это тем, что женщина легко проецировала положение собственного мужа на моего и понимала, что под бременем репутации находится всего лишь человек, а не бог.
Мы поднялись на тридцать седьмой этаж за считанные секунды. Сперва из лифта в длинный коридор вышагнул охранник, затем мы и напарник первого. Я не могла отделаться от улыбки. Если бы в коридоре погасли все люстры с ободками светодиодов, путь нам осветило бы мое настроение.
– Что такое? – Спросил Даня и приподнял уголки губ, будто заразился от меня улыбкой.
– Думаю о Ди Вонгах. О том, как мы похожи.
– Я и он или ты и Нати?
– Оба варианта. Разве нет?
Прежде чем он ответил, мы миновали не меньше десяти белых дверей.
– Ты не похожа на неё.
– Ну как же? – я взяла его за руку, а потом и вовсе повисла на плече. – Например, Нати не бежит от тебя, как и я. Не боится, потому что у неё имеется собственный грозный муж.
Даня улыбнулся и тяжело вздохнул.
– Поэтому ли она хочет со мной переспать?
– Что, прости? – Я была уверена, что мне почудилась его фраза.
– Говорю честно. – Он пожал плечами, мне пришлось свалиться с того, на котором я висела.
Вадим открыл ключ-картой наш номер и отправился на поиски притаившихся угроз. Мы с Даней повернулось лицами друг к другу. Олег сделал пару шагов назад, чтобы не участвовать в щекотливой беседе.
– С чего ты взял? – всё ещё недоумевая, поинтересовалась я.
– Она предложила мне. Сегодня, когда вы с Вонгом что-то обсуждали у стойки.
Так родилась ещё одна причина, мешавшая мне обосноваться в Токио. После предложения Ди Вонга я сама себя убедила в том, что здесь найду лучшую жизнь. Все это время я обманчиво полагала, что родственная душа Нати станет мне настоящей подругой. Я видела только её желание держаться ближе ко мне из-за сходства положений. Может поэтому, я не заметила её планов на моего мужа. И дело было далеко не в моей ревности. Пусть бы все жительницы Токио желали заполучить его в постель, я бы смирилась, если бы в этом городе Даня оставался в безопасности. Но я вдруг ощутила столицу Японии двуличной, коварной, способной предать меня, как сама Нати. Смогла бы я жить здесь, ради возможной безопасности любимого мужчины, но во вред себе?
На следующее утро я обняла Наташу, как ни в чём не бывало. Скользнула руками по изгибу её изящной спины, проглотив желание впиться ногтями в выступающие бугорки и вырвать позвоночник целиком. Затем я улыбнулась, так, как улыбалась старым скупердяям в Опиуме, с убедительной искренностью. Женщина, которая тайком предложила себя моему мужу, ничего не заметила. Скорее всего, её улыбка была так же двулична.
Я играла безупречно, стараясь не навредить бизнесу. Меня мог выдать разве что пристальный взгляд Князя. Сперва он наблюдал за мной с не присущим ему любопытством, а позже в зелёных глазах появилось нечто большее.
