- Да как, - пожал плечами Мариуш. - Она и раньше была немного не из наших, иной раз как скажет что-нибудь - полдня смеемся, а она обижается. После того, как Диггори умер, она и вовсе странная стала. Мы даже думали, что она суицид по всем правилам устроит.
- Неужели могла бы?
Мариуш без особого вдохновения пожал плечами.
- Я не знаю, это у Эджком надо спрашивать. Так, слухи.
Про себя Джинни отметила, с какой брезгливостью было произнесено имя подруги Чоу. Сочтя за лучшее не развивать эту тему, она вернулась к квиддичу.
- Зачем вы держите ее в команде? И так ясно, что она ориентируется по Гарри. Раньше я понимаю, все знали, что они пытались встречаться, а теперь что?
- Тактику выведываешь? - рассмеялся поляк. - Ладно, тайны тут нет. Она потому и оставлена, что Поттер ваш у нее враг номер один. Обиды какие-то.
Джинни кивнула, вполне догадываясь, что за обиды. Она все это знала наверняка и даже чуть ли не наизусть. Как Чоу пыталась в Гарри найти то же, что было в Седрике, но Гарри это Гарри, Чанг совсем его не знала. Про то, например, что Избранный - это не просто почетный титул, но и груз. Что Гарри не умеет дарить поддержку, полно выражать чувства, потому что не знает, как, рос без любви. Что ему самому иной раз нужно плечо.
Неоправданные ожидания, несхожие намерения, «дай» с одной стороны и «не могу» с другой.
- Ее оставили, потому что она с него глаз не сводит, любое движение замечает, а значит, быстрее среагирует. Сам знаю, что ход наудачу, но мы за победой не гонимся. У нас уже, сама понимаешь, добрая половина команды к университетам готовится, им не до того. Кто-то уже и научные работы пишет.
- Вам по Дому положено, - рассмеялась Джинни.
- Да, это верно…
Он собирался еще что-то сказать, но в дверь Больничного Крыла вошла переодевшаяся в сухое гриффиндорская сборная. Поляк еще раз поздравил Гриффиндор с победой, пожал всем руки и ушел.
- Ты играла, как валькирия, - с улыбкой начала Кэти Белл. - Никогда не видела, чтобы так играли.
- Это было жестко, сестренка, - заметил смущенный Рон. - С такой игрой слизеринцев мы сделаем вчистую.
- За знаки спасибо, я бы сам не увидел, - кивнул Ричи. - Надеюсь, на это не сильно обиделись.
Уизли рассмеялась.
- Рейвы? Обидятся? На игру? Да скорее Хагрид заведет клубкопуха!
Гарри молча улыбался, за его спиной, тоже молча, стояла Демельза Робинсон. Все затихли, посмеявшись над шуткой. От капитана ждали слова.
- Как ты себя чувствуешь? - вместо этого спросил он.
- Нормально. Стрясла что-то, ударилась, ерунда, - осторожно ответила Уизли, не прекращая улыбаться.
- Хорошая игра, - наконец сказал он и замолчал.
И все? - подумалось Джинни, - Это все, что я заслужила? Своими стараниями, голами, травмой? Все? Не «ты молодец», не «ты всех сжелала», а так просто, безлично «хорошая игра»?
Внутри стало холодно, обидно и обмануто.
Разговор как-то сам собой сошел на нет, и команда засобиралась. Выходя из Больничного Крыла, Демельза чувствовала полный ненависти и обиды взгляд Джинни, буравивший спину. Пообещав прийти на вечеринку в честь победы, она свернула и окольными путями вернулась в Больничное Крыло, дождалась пока уйдет мадам Помфри и проскользнула к кровати Джинни, прикрыв ширму.
- Ты играла насмерть, - помолчав, ответила она на вопросительный взгляд Уизли, и это прозвучало как дань уважению.
Джинни фыркнула, но не удержалась от колкости:
- Не то что некоторые.
Робинсон вспыхнула.
- Этим некоторым он сказал: «Ты хорошо вливаешься в игру. Возможно, тебе нужно только дать несколько уроков». И этим же некоторым он предложил дать эти уроки лично.
Уизли побледнела.
- На что ты рассчитываешь? Неужели ты не понимаешь, что у тебя птичьи права на него? Да ты этого просто не видишь. Мы, все мы, посчитай нас на пальцах одной руки, пошли за ним в схватку со взрослыми Пожирателями, мы ломали власть Амбридж, мы дети Ордена Феникса. А кто ты такая? Чего ты добиваешься? Ну, трахнитесь вы с ним пару раз, что дальше?
- А сама-то ты кто? - задыхаясь, прошипела Демельза. - Думаешь, если твоя семья для него почти родная, а твой брат его друг, так он обязан тебя любить? Он наверное и сам так скоро думать будет, вроде как непорядочно не жениться! Это мы тут никто, с нами можно трахнуться и на виду у всех целоваться, он нам с этого ничего не должен! И только тебе, принцессе, раз уж и брат знает, и семья знает, и люди видели, только тебе он должен любовь и свадьбу! Ты разве не понимаешь, что о любви тут никто не говорил? Вот о долге - сколько влезет!
- Да откуда тебе знать о нем такое?! Он тебе что, докладывается?! - вспылила Джинни.
- Достаточно вовремя задать правильный вопрос. Он очень сильно задумался и не возражал, когда я сказала ему то же самое, что сейчас тебе. Ты не представляешь, как точит зерно сомнения. Он же парень, ему обо всем надо прямо говорить.
- Может, ты ему и о дуэлях сказала? - жестко усмехнулась Джинни, поднимаясь с кровати.
- Сказала. Имеет он право знать, какая ты на самом деле? - Демельзе, однако, сделалось неуютно.
