- По дороге, - призналась Гринграсс.
- И не загнала в гостиную? – Драко скривился.
Угораздило же его при Посвящении выбрать себе в протеже именно Бэддока! По правилу, введенному деканом Снейпом, каждому ученику полагалось иметь куратора с последующего курса, суть обязанностей которого состояла в присмотре и помощи в учебе. Если первокурсник учился плохо, то спрашивали с второкурсника и так далее. Самого Драко когда-то выбрал взъерошенный, но очень важный второкурсник Тео Нотт, но теперь шестые и седьмые курсы занимались слишком разными делами.
- Пусть гуляют, самое начало года! Еще не так поздно, - она порозовела, опустив глаза; Малфой вздохнул.
- Дай угадаю, Тори вместе с ними?
Она смутилась.
- Даф, с этих лбов как с гусей вода, они выпутаются, а Тори? За нее ведь тебе перед Снейпом отвечать. Они были в Подземельях? - Гринграсс кивнула. - Слава Мерлину, а то набредут на каких-нибудь Криви или, того хуже, Поттера с компанией и начнут задираться…
- Кстати о Поттере, - Панси посерьезнела и пытливо взглянула на Малфоя. - Что за стычка в поезде, Драко? Нам не стоит привлекать к себе лишнее внимание.
Тот напрягся.
- Поттер напал первым, - отрезал он.
- Не держи меня за идиотку, - лицо девушки окаменело. - Я, уж поверь, умею различать в твоем репертуаре идиотские поводы.
- Панси, тебе не говорили, что ты язва? – юноша подобрался, но голос все еще звучал насмешливо. - Мало ли какие дела могли вызвать меня из купе?
- Какие, например? – Паркинсон скривила губы, приобретая мужскую черточку.
- Может быть, мне понадобилось в уборную? Такой вариант ты не рассматривала? – буркнул Малфой, теряя остатки дружелюбности.
Он любил слизеринцев, любил своих друзей. Но ровно до тех пор, пока они не путали его с простодушным хаффом и не начинали лезть в душу.
- Пэнс, - Трэйси положила руку на плечо подруги, та стряхнула ее.
- Нет уж, на этот раз я не промолчу. Твои игрушки не стоили нам ничего, пока ты был ребенком. Это были игрушки избалованного мальчишки, - при этих словах лицо Малфоя стало напоминать гипсовую маску. - Но это была не ссора из-за очередной твоей «грязнокровки», это был бой. Из-за чего, Драко? Уж не потому ли, что в твоей пропаже было не все так гладко, как ты рассказал?
Гостиная замерла. Из лица Драко ушла кровь, ходили желваки, билась венка на шее.
- Все было так, как я сказал, Панси, - процедил он. - Спроси у Поттера, какого черта он караулил меня. Когда тебя хватают и приставляют к горлу палочку, не так-то просто остаться в рамках обычной ссоры.
- Просто так он бы не напал. Поттер хоть и идиот, но никак не ты. В Гриффиндорского Принца он играть не будет.
Пальцы Драко сжались.
- Детство имеет свойство уходить, Панси. Особенно, если делать то, что делаем мы, - его слова повисли в воздухе.
- Драки становятся битвами, а битвы – войной? – выплюнула та.
- Хорошо. Раз ты жаждешь знать, зачем я ему понадобился, то воля твоя, - неожиданно уступил Малфой. - Все вы знаете то, что у Поттера есть так называемые… видения, - выражение его лица сейчас как никогда напоминало гримасу тетушки Беллы. - В очередном своем видении ему посчастливилось увидеть, чем мы с вами занимаемся… в свободное от школы время. Очевидно, он решил мне любезно об этом сообщить, а заодно и выведать, что к чему. Однако не учел, что я умею защищаться.
Гостиная в мгновение ожила.
- Это все. Незачем искать смысл там, где его нет, - твердо заключил Драко уже обычным свои тоном, не терпящим возражений.
- Серьезно, Пэнс, ну все же знают, что Поттер псих! – Эдриан закивал.
Паркинсон расслабилась, снова становясь собой.
Только глаза по-прежнему не сходили с Драко. Она встречалась с ним до прошлого года – без малого четыре. В нем не было для нее загадок. Лицо ненавидимой тетушки в нем неосознанно проявлялось только в одном случае - когда он врал по-крупному.
Нет, Панси Паркинсон слишком хорошо знала Драко Малфоя. Именно поэтому они и расстались.
***
Огромный замок по ночам, как губка, впитывал в себя тысячи детей и словно не менялся оттого нисколечко. Стоило прийти утру, прогундосить старым часам на башне, как чья-то огромная рука сжимала губку, и из нее потоками лилась волна шумных учеников. Но ночью губка была тяжелой и сонной, только редкие капли падали на каменные плиты замка звуками шепота и крадущихся шажков.
Гарри шел по коридорам под плащом, глядя в Карту Мародеров. Сегодня коридоры патрулировал профессор Флитвик; трехнедельный опыт почти каждодневных ночных тренировок открыл Гарри нехитрую очередность дежурств профессоров.
Отгонять наблюдателей от Выручай-комнаты было не впервой. Они неизменно по непонятной причине оказывались там, пока Гарри не догадался, что это место сочли площадкой для безобразий Пивза. Приходилось производить шум каждый раз в другом коридоре, кабинете или этаже. Грохот - и Флитвик, ругая на чем свет стоит полтергейста или гуляющих в неурочный час учеников, уже семенил в восточный коридор.
Стена послушно стала дверью.
