Оплошка полностью

Я не берусь утверждать, что эта история произошла на самом деле. Вполне вероятно, её и не было. А если быть до конца откровенным, то я всё выдумал от первого предложения до последнего слова.

Однако данная выдумка имеет право на существование.

В основе сего повествования лежат козни дьявола по отношению к Божьему сыну. А поскольку уж мы верим в обоих, то, что нам известно об их жизни и ЛИЧНЫХ взаимоотношениях? Ничего, абсолютное ничего! Ни Ветхо, – ни Новозаветная литература не дают развёрнутого ответа на вопрос: что есть Бог и кто есть дьявол.

Художники рисуют дьявола с рогами и копытами, а Иисуса… ну, можно зайти в любой православный храм и увидеть воочию.

С полной уверенностью утверждён лишь один принцип: Бог есть всё, что связано с благом, добром; дьявол – злое и коварное начало.

Я изобразил обоих высших существ так, как изобразил. Это не значит, что я их вижу такими. Я их вообще никак не вижу. Это просто абсурдная сказка. И всё. Ничего более.

Я не пытался сделать Иисуса краше, а дьявола ужаснее. Но постарался придать им живые, человеческие черты характера.

Конечно, здесь мы увидим и людей, обычных людей. Есть главный герой и десяток второстепенных. Есть и ангелы, и архангелы, и бесы, и – разумеется – вампиры.

Началом невероятной череды событий можно считать тот день, когда дьяволу пришла в голову мысль почитать «Книгу Страшного Суда». После чего он вызвал помощников и отдал соответствующее распоряжение…

Посреди большой и высокой комнаты стояли два беса: среднего роста, худющие, с выступающими мослами. Коричневый цвет кожи, местами покрытой клочками шерсти, длинные пальцы с крючковатыми когтями. Человеческие, но вычурно-гротескные лица, как рисуют в шаржах, абсолютно гладкие, без следов растительности. Волосы одинаковым пробором зачёсаны назад. Жёлтые глаза без ресниц, оттопыренные уши. Покрытые тёмным налётом зубы, никогда не знавшие зубной щётки. Из одежды имелись только короткие зелёные шорты с дырками сзади, откуда высовывались длинные хвосты.

– Вы разыскали человека, который мне нужен? – раздался вкрадчивый голос.

– Да, светлейший, мы его нашли. Это было нелегко, – подобострастно сказал один бес тонким альтом.

– В соответствии с Вашими инструкциями, – прогнувшись, добавил другой бес. У него был дефект речи, букву «н» произносил мягко – «нь»; как позже выяснилось, с буквой «л» были те же проблемы.

Прямо перед бесами на небольшом возвышении стоял громадный чёрный письменный стол, за ним трон с высокой спинкой на вертящейся ноге. В этом троне и сидел обладатель вкрадчивого голоса, видна была только его лысая макушка. Казалось, сидящий рассматривает большущую политическую карту мира, висящую на стене. Сразу над картой была закреплена картина Карла Брюллова «Последний день Помпеи».

Справа от бесов пылал камин, слева во всю стену была намалёвана фреска, изображающая день Страшного Суда: черти тащили грешников в ад, а сверху над ними посмеивались белокожие типы с крылышками за спиной. Окон в комнате архитектор не предусмотрел, её освещала – помимо камина – лишь синяя крутящаяся лампочка под потолком.

– И кто он? – полюбопытствовала лысина.

Бес без дефектов речи достал из кармана маленький блокнот:

– Саня Сидоркин, карманник, рецидивист. Тридцать пять лет. Отвечает всем требованиям.

– Я бы хотел выбрать для задания кого-нибудь другого, только не карманника! – резко возразил троновладелец. – Неужели во всей России он один с нужными параметрами?

– Нет, герцог, – ответил бес, заглядывая в блокнот. – Есть ещё двое. Один старый извращенец, больной лей-ке-мией, – по слогам прочитал малознакомое, а посему труднопроизносимое слово. – Сидит пожизненное в «Чёрном Лебеде», его состояние здоровья может помеша…

– А второй? – перебил лысый босс.

– Второй – сорокалетний мужик, – вмешался напарник. – Работает барменом. Довольно ловкий тип. Если б вы видели, герцог, как он кидает, а затем ловит стаканы, вы бы…

– Ты можешь короче, Порось, по существу?! – развернулся на троне к подчинённым начальник.

Светлейший имел широкое лицо с выдающимися скулами, оттопыренные острые уши, зелёные немигающие глаза с короткими ресницами. От левого глаза до верхней губы протянулся безобразный толстый шрам. Во рту алели рубиновые зубы. Одет он был в синий пиджак на белую рубашку.

Герцог уставился на нечистиков, те нервно взмахнули хвостами.

– Порось хотел сказать, – поспешил вступиться первый бес, – что бармен просто в идеале соответствует всем требованиям, но…

– Отлично! – обрадовался светлейший, недослушав. – Именно это я и хотел услышать. Навестите его.

– Но, герцог, – загнусил Порось. – Неужели вы возьмёте к себе на работу педика?!

– Что-о-о? – шеф изменился в лице. – Ты сказал – педика?!

– Да, светлейший, этот бармен на поверку оказался педиком, – грустно подтвердил напарник Порося.