Опочтарение полностью

— Стэнли говорил мне, о, говорил о чем-то летающем. — сказал Мокрист — Но я думаю, что это был просто…

— …особенно большой голубь. Понимаю. И вы не знаете, от чего начался пожар? Вы же там пользовались безопасными фонарями, насколько мне известно.

— Вероятно, спонтанное самовозгорание в почтовых завалах — охотно поделился соображением Мокрист, который был готов к такому вопросу.

— Никто не вел себя странно?

— В Почтамте очень трудно отличить странное от нормального, капитан. Уж поверьте.

— Не угрожал ли вам кто-нибудь, сэр? Возможно, вы кого-то разозлили?

— Ничего подобного не было.

Капитан вздохнул и убрал свой блокнот.

— Я все равно оставлю тут на ночь пару парней, приглядеть за порядком — сказал он — вы молодец, что спасли кота, сэр. Все очень радовались, когда вы выбрались наружу. Хотя, еще одно, сэр…

— Да, капитан?

— Почему баньши — или, возможно, особенно большой голубь — напал на мистера Гроша?

Мокрист подумал: "Шляпа…"

— Понятия не имею — сказал он вслух.

— Да, сэр. Я так и думал, что не имеете. — вздохнул капитан — Я так и думал. Меня зовут капитан Железобетонссон, сэр, хотя чаще меня называют капитан Моркоу. Если что-нибудь вспомните, свяжитесь со мной тотчас же. Мы здесь для вашей защиты.

"Да, и что же ты предпринял против баньши? — подумал Мокрист — Вы подозреваете Позолота. Ну что ж, молодцы. Но таких людей как Позолот закон вообще не волнует. Они сами никогда не нарушают закон, они просто используют людей, которые делают это за них. И вы никогда нигде не найдете письменных распоряжений, никаких".

Мокрист был уверен, что оборотень подмигнул капитану, прямо перед тем как он повернулся, чтобы уйти.

Дождь теперь свободно проникал в здание и шипел на еще не остывших камнях, пока Мокрист осматривал гаснущий пожар. Пламя еще кое-где теплилось, особенно там, где големы свалили горючие материалы в большие кучи. Все-таки это был Анк-Морпорк, поэтому ночные бродяги уже появились, как туман, из ниоткуда, и стали собираться вокруг этих куч, чтобы погреться.

Чтобы привести здесь все в порядок, понадобится потратить целое состояние. Ну так и что? Он же знал, откуда взять деньги. Все равно они ему не очень-то нужны. Он использовал их просто как мерило своих достижений. Но сейчас в этом не было смысла, потому что все эти достижения принадлежали Альберту Блестеру и прочим его мошенническим личинам, а вовсе не скромному невинному почтмейстеру.

Он снял свою золотую шляпу и посмотрел на нее. «Аватар», вот что сказал Пелч. Человеческое воплощение божества. Но он не был богом, он был просто обманщиком в золотом костюме, и вот обману пришел конец. И где же теперь ангел? И где были боги, когда ты так нуждался в них?

Боги могут помочь.

Шляпа поблескивала в отсветах огня, а мозг Мокриста просто искрился. Он боялся дышать, чтобы не спугнуть внезапно возникшую мысль, ведь все, оказывается, было так просто. Но честный человек никогда бы до такого не додумался…

— Все что нам нужно, это…

— Это что? — спросила мисс Добросерд.

— Музыка! — объявил Мокрист. Он встал на ноги, сложил ладони рупором и закричал: — Эй, народ! На банджо играет кто-нибудь? Или, может, на скрипке? Я дам отличную коллекционную долларовую марку тому кто сможет изобразить вальс! Ну, знаете: раз-два-три, раз-два-три?

— Ты что, окончательно свихнулся? — спросила мисс Добросерд — ты явно…

Она замолчала, потому что бедно одетый человек похлопал Мокриста по плечу.

— Я умею играть на банджо — сказал он — а мой друг Хамфри может изобразить что-нибудь суровое на губной гармошке. Плата — один доллар, сэр. Монетой, пожалуйста, если не возражаете, потому что я не умею писать и не знаю никого, кто умел бы читать.

— Моя драгоценная мисс Добросерд — сказал Мокрист с безумной улыбкой — У тебя есть другое имя? Ну какое-нибудь прозвище, какое-нибудь милое уменьшительно-ласкательное слово, которым тебя можно назвать?

— Ты пьян? — требовательно спросила она.

— К сожалению, нет — посетовал Мокрист — Хотя я бы не возражал. Ну так что, мисс Добросерд? Я ведь спас даже свой лучший костюм!

Она была захвачена врасплох, и ответ сорвался с губ, прежде чем ее прирожденный цинизм успел захлопнуть двери.

— Мой брат называл меня… э…

— Ну?

— "Убийца" — призналась мисс Добросерд — Но он это любя. Ты даже и не пытайся называть меня так.

— Тогда как насчет «Шпильки» {97}?

— Шпилька? Нуууу… «Шпильку» я, пожалуй, переживу — сказала мисс Добросерд — А значит, и ты тоже. Но сейчас неподходящий момент для танцев…

— А вот и нет, Шпилька — возразил Мокрист, отсветы огня осветили его широкую улыбку — как раз сейчас самое подходящее время. Мы с тобой станцуем, а потом расчистим здесь все и подготовимся к открытию Почтамта, снова наладим доставку почты, закажем ремонт здания, и все опять заработает как надо. Просто смотри на меня.

— Знаешь, похоже, это правда, что работа в Почтамте сводит людей с ума. — сказала мисс Добросерд — подумай, откуда ты возьмешь деньги на ремонт?

— Боги помогут — ответил Мокрист — верь мне.

Она уставилась на него.

— Ты серьезно?

— Смертельно.