Опочтарение полностью

Стоящие дальше по линии башни задрожали от работы заслонок. Но теперь совсем другое сообщение неслось под ночными небесами…

В нем было всего лишь несколько сотен слов. Когда Мокрист закончил диктовать, башни вздрогнул еще несколько раз, передавая поселение буквы, и затихли.

Через некоторое время он спросил:

- Они передадут его дальше?

- О, да – ровным голосом ответил Безумный Ал – Передадут. Ты сидишь в башне среди гор, и вдруг получаешь такое? Ты отправишь его дальше так быстро, как только сможешь.

- Я даже не знаю, надо вам руку пожать или с башни сбросить – угрюмо заметил Разумный Алекс – Страшную штуку вы придумали.

- Да что же надо быть за человеком, чтобы измыслить такое? – спросил Безумный Ал.

- Мной. А теперь давайте поднимем Адриана, ладно? – быстро предложил Мокрист – А потом лучше будет поскорее убраться в город…

Омнископ был одним из самых мощных магических инструментов, и поэтому одним из самых бесполезных.

Он мог показать все что угодно, запросто. А вот заставить его показывать что-то было сложной магической задачей, потому что Всего Чего Угодно слишком много – включая то, что могло произойти, произойдет, происходит, произошло, должно произойти и лучше бы произошло во всех возможных вселенных – и поэтому что-то, особенно если это какое-то конкретное нужное вам что-то, с его помощью обнаружить крайне непросто. До того как Гекс научился контролировать магические вибрации, выполняя за день работу, которая раньше занимала у пятисот волшебников минимум десять лет, омнископы использовались в качестве простых зеркал, потому что показывали только потрясающую черноту. Как оказалось, это происходило потому, что вселенная состоит в основном из "смотреть не на что", так что многие поколения волшебников мирно подстригали себе бороды, глядя прямо в черное сердце космоса.

Омнископов, которые можно настраивать на то, что вам хотелось бы увидеть, в мире немного. Их очень трудно изготовить, а стоят они целую кучу денег. Волшебники не очень-то и стремились понаделать их побольше. Омнископы были нужны им, чтобы смотреть на вселенную, а вовсе не для того, чтобы вселенная глядела на их в ответ.

Да и кроме того, волшебники полагали, что не следует слишком уж облегчать жизнь людям. По крайней мере, тем людям, которые не волшебники. Короче говоря, омнископ был редким, дорогим и деликатным прибором.

Но сегодня был особый день, поэтому волшебники распахнули двери для самых богатых, чистых и гигиеничных слоев анк-морпоркского общества. Длинный стол был сервирован для Второго Чая. Никаких излишеств - несколько дюжин жареной дичи, парочка лососей, сто погонных футов салат-бара, гора булочек, пара бочонков пива и, разумеется, целый поезд тележек с маринадами, соусами и приправами, потому что одной тележки было бы явно недостаточно. Посетители наполняли тарелки и болтали, но в основном они выполняли главную функцию – Быть Здесь. Мокрист проскользнул внутрь, оставшись пока незамеченным, потому что все разглядывали самый большой университетский омнископ.

Архиканцлер Чудакулли ударил прибор по боку рукой, так что тот закачался.

- Эта штука все еще не работает, мистер Стиббонс! – проревел он - Опять в нем только этот чертов огромный огненный глаз[122]!

- Я уверен, что мы все правильно… - пробормотал Помыслер, что-то подкручивая на задней стенке большого диска.

- Это я, сэр, Отдаленс Коллабоун, сэр – раздался голос из омнископа. Огенный глаз уплыл куда-то в сторону и вместо него в поле зрения появился огромный огненный нос. – Я нахожусь в последней башне "Пути" в Колении, сэр. Извините за красноту, сэр. У меня аллергия на водоросли, сэр.

- Привет, мистер Коллабоун – заорал Чудакулли – Как вы там? Как ваши…

- …исследования устриц…- пробормотал Помыслер Стиббонс.

- …исследования устриц продвигаются?

- Не очень хорошо, честно говоря, сэр. Я подхватил ужасную…

- Хорошо, хорошо! Да ты счастливчик, парень! – прокричал Чудакулли, сложив ладони рупором, чтобы вышло погромче. – Я и сам не отказался бы побывать в Колении в это время года! Солнце, море, серфинг и пляжи, э?

- На самом деле сейчас сезон дождей, сэр, и меня немного беспокоят грибы, выросшие на омни…

- Чудесно! – крикнул Чудакулли – Но я не могут тут стоять и чесать с тобой языками весь день! Что-нибудь прибыло? Мы умираем от нетерпения!

- Вы не могли бы встать немного подальше от омнископа, мистер Коллабоун? – попросил Помыслер – А вам совсем не обязательно так… громко говорить, Архиканцлер.

- Но парень ведь чертовски далеко от нас! – запротестовал Чудакулли.

- Не совсем так, сэр – терпеливо ответил Помыслер – Очень хорошо, Коллабоун, продолжайте.

Толпа за спиной Архикнцлера подалась вперед. Мистер Коллабоун попятился назад. Это все было немного слишком для человека, который целыми днями ни с кем не общался, кроме двустворчатых.

- Э, я получил семафорное сообщение, сэр, но… - начал он.

- Ничего от Почты? – спросил Чудакулли.

- Нет, сэр. Ничего, сэр.