Размышляя о неожиданных временных и пространственных исторических связях, я задалась вопросом, не пересекались ли судьбы барона Мюнхгаузена и герцогов Брауншвейгских. Это был праздный вопрос; я уже знала, что и Юлиус Брауншвейгский, и Август Брауншвейгский-Люнебургский, один по касательной, другой – вплотную, были связаны с Ратлендом-Шекспиром, думаю, и с Бэконом тоже. Так что вряд ли и здесь есть какое-то соприкосновение. Но все же… чем не шутят силы нездешние! И я опять обратилась к единственному в моем распоряжении источнику жизни барона – собранию его историй, изданных в серии «Литературные памятники». И вот что я там прочитала к своему великому изумлению:
«Факт существования барона Мюнхгаузена документально зафиксирован. Его история известна довольно точно. Он принадлежал к древнему роду, основатель которого, Гейно, сопровождал Фридриха Барбароссу в одном из крестовых походов в Палестину. Затем род почти полностью вымер, за исключением одного представителя, который был монахом. По специальному указу этот человек был отпущен из монастыря, и с него началась новая линия, получившая фамилию Мюнхгаузен. Одним из потомков и был Карл Фридрих Иероним фон Мюнхгаузен, “король лжецов” (1720-1797). Он много лет провел в России, куда попал в юности, будучи пажом при герцоге Брауншвейгском».
Выходит, все-таки Мюнхгаузен и Брауншвейгские пересекались. А у одного из них, за полтораста лет перед тем, в пьесе о странствующем по Европе поляке Ладиславе, оный Ладислав сочиняет небылицы, которые по прошествии лет окажутся среди историй барона Мюнхгаузена.
Так Мюнхгаузен вывел меня на генеалогическую судьбу герцогов Брауншвейгских-Люнебургских в той ее части, которая связала императора Великой Римской империи Рудольфа II, Шекспира и русского императора, несчастного Иоанна Антоновича. Мы уже упоминали письмо Ратленду, посланное в январе 1612 года секретарем Скривеном, где он сообщал о смерти в Праге Рудольфа II – Рудольф умер на руках Юлия Брауншвейгского-Люнебургского, автора пьесы «Винцентий Ладислав». Говорилось и о том, что Август Брауншвейгский-Люнебургский мог быть прообразом Горацио, друга Гамлета – у меня в этом нет сомнения. И о его книге, о разного вида тайнописи [235], титульный лист которой раскрывает в картинках историю авторства Шекспира. Принц Август был на коронации короля Иакова, его дальняя родственница (средний Брауншвейгский дом, жена Юлия Брауншвейгского) была родной сестрой жены короля Иакова и короля Нидерландов Кристиана, у которого летом 1603 года гостил в Эльсиноре Ратленд в качестве посла нового английского короля. Там Ратленд видел знаменитый гобелен, на котором вышиты все норвежские короли, что нашло отражение в «Гамлете». Гобелен этот и сейчас там висит.
Август Брауншвейгский-Люнебургский родился 10 апреля 1579 года, он был седьмой сын в младшей ветви герцогской семьи Брауншвейгского и Люнебургского домов. Оба Брауншвейгские дома восходят к одному предку Магнусу II, правившему с 1362 по 1372 год.
Август положил начало новому дому этого германского рода в 1634 году в разгар Тридцатилетней войны после смерти слабовольного сына Юлия Брауншвейгского Фридриха-Ульриха. Август получил тщательное воспитание, учился в Ростоке, Тюбингене, путешествовал по Европе и, вернувшись, домой, как младший сын поселился в Гиццакере, где тридцать лет предавался своей склонности к научным занятиям. Был замечательный шахматист, его книга «Das Schach oder Koningsspiel» (1616) пользовалась большой известностью, писал он под псевдонимом «Gustavus Selenus». Став правителем, Август оказал большие услуги своей стране, водворил в ней порядок после страшного расстройства, произведенного войной. Издал превосходный школьный устав, заботился об урегулировании права и податной системы, учредил богатую библиотеку, не оставляя при этом ученых занятий. У современников он заслужил прозвание «Божественный старец» – «Senex divinus». Умер Август на восемьдесят восьмом году жизни, оставив дневники, в которых, думается, можно найти много интересного, помимо того, что уже найдено, – еще одно поле исследований. Два его сына опять разделили Брауншвейгский дом. Младший, получив Беверн, положил начало побочной Брауншвейгской-Бевернской линии.
В России в тридцатые годы XVIII века правит Анна Иоанновна (годы правления 1730-1740), вторая дочь царя Иоанна Алексеевича, брата и соправителя Петра-Первого.
