Когда преуспевающий бизнесмен Франсиско Мендес познакомился на званом вечере с очаровательной Лаурой Крэнстон, ему казалось, что эту встречу он сможет легко забыть. Но даже спустя много месяцев ее образ вновь и вновь возникает перед его мысленным взором, воспоминания о ней тревожат его ум, душу и… тело. А потом он узнает, что Лаура родила ребенка…Смогут ли молодые люди найти дорогу к счастью через пустыню недоверия, которая их разделяет? Прозвучат ли слова, которые они хотели сказать друг другу, но так и не произнесли в ту памятную ночь?
Франсиско Эдуарде Мендес сел в кровати — сердце стучало, тело было мокрым от пота. Ему что-то приснилось?
Ответ памяти не заставил себя ждать: да, ему снова снилась женщина, та, с которой он был близок всего один раз. Франс отбросил одеяло и свесил ноги с кровати.
Почему? И женщина, и ночь, проведенная с нею, давно превратились в воспоминание, ведь прошло уже девять месяцев. Ему приснилось, что ей плохо… больно. С ней что-то случилось. И она звала его.
Впрочем, какое это имеет значение. Она для него никто. Кроме того, он не верит в сны. Значение для мужчины имеет то, что можно видеть, к чему можно прикасаться. Сны — это глупость, от них только плохое настроение.
Мендес поднялся и подошел к окну. Рассвет едва-едва осветил краешек неба, резче очертив темные холмы на далеком горизонте.
Хорошо, что он проснулся рано. Надо ехать в Мадрид по делам, а потом у него ланч с Диасом. Шофер приготовит машину к восьми, так что еще остается пара часов для работы.
К тому времени, когда Франс принял душ, побрился и оделся, сон неприятный, тревожный был забыт. Он спустился вниз, поздоровался с домоправительницей, выпил чашку сладкого черного кофе и направился в свой кабинет.
Двадцатью минутами позже он отключил печатную машинку и поднялся из-за стола. Сосредоточиться не удавалось. Сон не ушел, мысли снова и снова возвращались к той женщине. Неужели ему не удастся выбросить ее из головы?
Франс потянулся к телефону: пожалуй, можно отъехать и пораньше. Но, дозвонившись до шофера, он вообще отменил поездку. Потом позвонил в Мадрид, оставил сообщение на автоответчике и положил трубку. Звонить Кончите он не стал — она всегда любила поспать и вряд ли изменила привычкам за те пять лет, которые прошли со времени их расставания.
Он вел себя в несвойственной ему манере и понимал это. И дело не в отложенном свидании с Кончитой. Она подуется, и все. А вот отмененное деловое свидание — это уже проблема. Он построил свою империю благодаря тому, что никогда не поступал опрометчиво. Но что толку пытаться сконцентрироваться на делах, когда мысли не в Испании, а там, в Англии? Но и это лишено смысла: даже если Лаура в беде, о нем она вспомнит в последнюю очередь, Франс переоделся в черную тенниску, потертые джинсы и старые-престарые удобно разношенные башмаки, которые носил, еще когда только начинал строить свой дом. Возможно, прогулка поможет развеяться. Дойдя до конюшни, он вывел из стойла своего жеребца, сам его оседлал и выехал за ограду.
О той женщине Франс не думал уже давно, заставив себя не вспоминать о случившемся. Она сама ясно дала понять, что короткая связь между ними ничего не значит. Ей нужен был от него один час, всего один час, когда он заменил кого-то другого.
Впрочем, и он не желал от нее ничего большего. И если в тот раз как-то выделил ее, то лишь потому, что так требовали правила вежливости. В тот роковой день он оказался гостем на вечеринке, и одна из дочерей хозяйки, жена друга, сказала, что хочет познакомить его со своей сестрой. Были и другие намеки.
— На вечеринке будет немало красивых женщин, — сказал ему Фред Осгуд и усмехнулся. — Уик-энд, похоже, удастся. Днем займемся делами, просмотрим документы по банкам, а вечером полюбуемся красотками.
Глория Осгуд взяла из рук мужа бокал шерри и улыбнулась.
— Знаете, Фред прав. Я уверена, многие захотят с вами познакомиться.
— Очень мило, — вежливо солгал Франс. И почему только женщины определенного возраста рассматривают всех неженатых мужчин как некий вызов? — Но я не планировал задерживаться…
— О, пожалуйста, останьтесь! — Патриция Дженкинс взяла его под руку. — Правда, Франс, будет весело. Из Лондона приедет моя сестра Лаура. Я вам не рассказывала о ней?
Внимание, сказал себе Франс, надо быть осторожнее. Он хорошо знал и эту улыбку, и этот небрежный тон.
— Нет, не рассказывали.
— Вот как? Да, она приезжает, и вы, я уверена, прекрасно поладите.
— Не сомневаюсь.
Это была уже вторая ложь. Никаких надежд с этим знакомством он не связывал, но и новичком в игре не был. Матери, тетки, жены знакомых… Иногда ему казалось, что у каждой женщины на планете есть дочь, сестра или племянница, которая, по их мнению, обязательно должна ему понравиться.
Относиться к этому философски Франс давно привык. Ему тридцать четыре, он одинок, у него есть деньги, собственность и, если верить тому, что говорили случайные подружки, неплохая внешность. Единственное, чего ему не хватает — опять же по мнению женщин, — так это супруги. Но зачем ему она?
И тем, не менее обижать хозяина, хозяйку, друга и его жену, Франс не хотел. Поэтому он остался на вечеринку и занялся тем, что начал искать ту самую женщину. Вежливое «привет», такое же вежливое расставание со ссылкой на необходимость рано вставать — этого, по его расчетам, будет вполне достаточно.
Однако получилось по-другому. Ему попалась не женщина, а злобная, шипящая дикая кошка. В его жизни встречалось много женщин. Кто-то, возможно, скажет, что больше, чем надо. Но такой!..
