Герцог и Кит проследовали вниз на первый этаж, в обитый деревом и кожей кабинет. Полуденное солнце потоком лилось через окна,пылинки танцевали в горячих лучах. Спертый запах книг, собираемых, но никогда не читаемых смешался с запахами каминного пепла, лимонного масла, пчелиного воска и сильно вдарял в нос. На богатой каменной каминной полке, инкрустированной черным деревом и позолотой тикали часы в тишине.
— Входите, миссис Мэллори
Герцог жестом предложил ей следовать за ним в комнату и закрыл за собой дверь.Резкий щелчок замка заставил Кит подпрыгнуть.
— Это так необходимо, ваша светлость? - спросила она, стараясь успокоить свой бешеный пульс.
Герцог сложил руки за спиной и пересек персидский ковер.
— Так и есть. Я также надеюсь, что вы понимаете, что то, что я должен сказать вам, должно храниться в строжайшей тайне.
— Я не вижу необходимости в такой секретности, сэр.
Он указал на стул.
— Вот. Пожалуйста, садитесь.
Кит присела на край стула Чиппендейла, сложив руки на коленях, ее нога стала нервно постукивать по полу.
Герцог подошел к столу, взял пачку бумаг, посмотрел на них, затем отложил их снова. Его наряд- серый пиджак,из сверхтонкой ткани сложный галстук, бриджи цвета печенья и отполированные до блеска ботфорты-излучал образец модной лени, но жесткие линии лица и почти военная выправка, не говоря уже о его холодном, надменном взгляде серых глаз, портили эффект.
— Уверен, вы задаетесь вопросом, почему я хочу поговорить с вами-, начал он. -В конце концов, мы двое не были в хороших отношениях.
— Эта мысль пришла мне в голову, ваша светлость,- ответила она, задрав подбородок в жесте неповиновения.
— Уверяю, я бы не стал расстраивать вас, таким образом, если бы дело не имело жизненно важное значение.
Он постоял у окна мгновение, спиной к ней, прежде чем обойти вокруг и обосноваться в кресле за своим столом, глядя на весь мир, как иностранный властелин, вершащий суд.
— Так как вы, кажется предпочитаете откровенный разговор, миссис Мэллори, скажу прямо. Я обеспокоен растущей привязанностью между вами и моим кузеном, маркизом Бейнбриджем.
У Кит запылали щеки.
— Это не ваше дело, ваша светлость.
Он наклонился вперед и положил локти на стол красного дерева, одна светлая бровь удивленно изогнулась.
— Неужели,он попросил вас выйти за него замуж?
Кит медленно поднялась, тяжело дыша.
— Если вы привели меня сюда лишь для того, чтобы досаждать мне наглыми вопросами, то я должна оставить вас.
— Садитесь, миссис Меллори,- приказал герцог раздраженно.-По вашей реакции, я понимаю, что он не делал предложения.
Кит осталась стоять.
— Нет
— Вы уверены?
Она посмотрела на него.
— Если вы знаете, вашего кузена хотя бы на половину,как вы утверждаете, Ваша светлость, то вы понимаете, что он не будет делать такое предложение.
Он расслабился в кресле.
— Должен сказать, я с облегчением услышал это, но не по той причине, которую вы могли бы подозревать.
Kит нахмурилась.
— Что вы имеете в виду, ваша светлость?
— Сядьте, или я должен сломать шею, чтобы посмотреть на вас?
Кит села.
— Вот так лучше.Теперь, я должен просить вашего снисхождения, для того чтобы дать вам надлежащее объяснение, которое займет некоторое время, я прошу только, чтобы вы терпеливо выслушали меня.
— О чем вы говорите, ваша светлость?
Он сцепил пальцы.
— Во-первых,я не хочу быть грубым, миссис Мэллори, но вы никогда не задумывались, почему такой человек, как Бейнбридж,человек абсолютно светский, который вращается в высших кругах Лондона, проявил интерес к вам, вдове нувориша?
От его покровительственного тона волосы на затылке Кит встали дыбом. Что, черт возьми, этот высокомерный человек пытается сказать? Молодая женщина подавила довольно грубый ответ; она не должна позволить герцогу уколоть ее.
— Он повеса, милорд. Любая женщина может угадать его намерения.
— Любая женщина, в самом деле,- пробормотал он. -Таким образом, вы соглашаетесь, что его внимание к вам кажется довольно необычным ...?
Она перевела в кресле.
— Я не отрицаю, это, ваша светлость.
— Тогда позвольте мне просветить вас. Он уделяет вам внимание по моей просьбе.
Рот Кит округлился в шоке.
— Ч-что?
— То, что я уже сказал, г-жа Мэллори.
— Но почему? Вы презираете меня, что совершенно ясно, ваша светлость. Но зачем это Лорду Бейнбриджу?
— Когда моя бабушка вернулась из Индии, она не могла говорить ни о чем, кроме вас. Даже сейчас она уделяет больше времени вам, чем своим собственным правнукам.Что мне было думать? Вдовствующая герцогиня уже в годах, и менее щепетильные люди могут пытаться снискать ее благосклонность в надежде на получение наследства.
— Вы так думали обо мне? Это подло, сэр,-прошипела она.
Он пожал плечами.
— Я понятия не имел, кто вы, миссис Мэллори, но я знаю вашего отца, и его репутация достаточная причина для тревоги.
— И именно поэтому вы подумали, что могли бы купить меня за десять тысяч фунтов. Яблоко от яблони..., не так ли?
— Десять тысяч фунтов сделали бы вас достаточно богатой. Я не мог поверить в то, что вы мне отказали.
— Мне не нужны ваши деньги, ваша светлость,-отрезала она,-ни тогда, ни сейчас. Никогда.
