Когда же наконец миллионер и неисправимый плейбой Рори Кикнейд променяет свой холостяцкий статус на свадебные колокола? Этот вопрос волнует всех.Друзья и приятели заключили пари, журналисты сплетничают, а женщины строят планы…И только легкомысленная Джилли Скай, случайно оказавшаяся в центре самого чудовищного скандала за всю жизнь Рори, слышать не хочет о том, чтобы спасти его репутацию ценой собственной свободы!Но Рори умеет убеждать, – и Джилли все-гаки соглашается на весьма выгодный фиктивный брак. Фиктивный? Это она так думает! Ее супруг лелеет совсем иные планы!
Представьте себе женщину ростом сто пятьдесят восемь сантиметров и весом сорок пять килограммов, с осиной талией, одетую в вечернее платье телесного цвета с глубоким декольте (при этом грудь красноречиво подчеркнута), явившуюся с опозданием на послеобеденную встречу, и вы поймете, что это считается плохим тоном. Добавьте к ее внешнему виду тонкие бретельки и несколько золотистых блесток на плечах и шее, и на деловой атмосфере можно поставить жирный крест.
Джилли Скай понимала это. Однако она знала, что у нее не было выбора, как и не было возможности сменить костюм.
Она затормозила у ворот перед имением Рори Кинкейда. Прежде чем нажать на звонок, она некоторое время колебалась.
С утра ее преследовали неудачи, и она надеялась, что металлические ворота – последняя преграда в этот день. Накануне друзья подсказали ей, что Рори Кинкейд собирается продать дом, который был напичкан старой одеждой и костюмами. И Джилли не преминула воспользоваться случаем, чтобы опередить пронырливых конкурентов. Она была дилером по старинной одежде, и ей очень хотелось посмотреть на сокровища Рори Кинкейда.
Она страшно волновалась, потому что никогда еще не бывала в подобных поместьях. К тому же ее желудок взбунтовался первым и напомнил, что не привык с утра до вечера ходить пустым.
Безумный день! Безумный, потому что с утра все пошло наперекосяк: во-первых, ведущий благотворительной выставки затянул программу на целый час; во-вторых, помощница куда-то пропала вместе со всей одеждой магазина «Вещи прошлого» (включая, разумеется, деловой костюм, в который Джилли намеревалась переодеться); в-третьих, она не могла дозвониться Рори Кинкейду, чтобы извиниться. Но Джилли Скай была не из тех, кто останавливается на полпути, – слишком много было поставлено на карту. А уж если она что-то задумывала, то доводила до конца.
Она никак не решалась протянуть руку и нажать на звонок. «Успокойся, успокойся, дуреха… – уговаривала она саму себя. – Ты ведь не устраиваешься на работу. Ты пришла поговорить о деле. Глубокий вдох – и вперед». Но когда она наконец вздохнула, у нее возникли проблемы с грудью, которая, подталкиваемая неутомимым желудком, грозила покинуть пределы глубокого декольте.
– О Боже! – Джилли едва не потеряла терпение.
Поправив бюстгальтер, она впала в другую крайность – щеки пылали, руки не могли найти себе места. Она достала из сумочки губную помаду и пудру. То, что казалось естественным на выставке «Только для женщин», сейчас оказалось пугающе вызывающим. Чертов Рори Кинкейд! Она так рассчитывала на него, вернее, на его коллекцию. Почему он весь день висит на телефоне?
Она догадывалась, что причиной всему Интернет. Известно, что Рори Кинкейд – преуспевающий бизнесмен. Как и Билл Гейтс, он молод, удачлив и богат. Билл Гейтс! Кто еще?! Ее сердечко немного успокоилось. Повторив еще раз, как заклинание: «Билл Гейтс!» – она окончательно взяла себя в руки, представляя себе Рори Кинкейда в образе майкрософтовского магната: в очках, лохматого, интересующегося больше CD-ромными дисками, чем современной одеждой или модными аксессуарами. После этого она почувствовала себя почти нормально и улыбнулась: «А если окажется, что он действительно всего лишь техноман, потерявший чувство времени, то тем лучше: тогда ему все равно, во что я одета. А сама я ни за что не дам ему повода усомниться в моем вкусе и имидже деловой женщины». Подобные мысли отвлекали ее от желания заехать в какой-нибудь бар и проглотить порцию коктейля. Желудок больше не бунтовал, а на душе стало спокойнее. Джилли протянула руку и уверенно нажала на звонок. В конце концов, это ее работа, и она ее любит! Она выпрямилась, подняла подбородок и расправила плечи. В этот момент ворота открылись. Она нажала на газ и, повторяя, как мантру: «Билл Гейтс-с-с, Билл Гейтс-с-с, Билл Гейтс-с-с…» – въехала на территорию имения Рори Кинкейда.
Пока она представляла Рори Кинкейда в образе Билла Гейтса, ее шансы на успех были чрезвычайно высоки. Ее автомобиль медленно проплыл мимо пустой сторожки, взбираясь вверх по серпантину к дому. Она немного поерзала на сиденье, стараясь втиснуть себя в узкое и короткое платье.
Рори Кинкейд вышел из дома встретить гостью. Он жил в сорокачетырехкомнатном доме испанского стиля, и после кондиционированной прохлады жара показалась ему даже приятной. Однако он не любил долго ждать, тем более что ветер из апельсиновой рощи был слишком сух, солнце на белесом небосводе – слишком яркое, а запахи утомленных зноем цветов – слишком приторными. Честно говоря, его раздражало даже чириканье птиц, не говоря уже о шуме фонтанов.
