Сколько раз она ездила вот так — на частниках, никто ни разу не догадался предложить ей оплату натурой. А сейчас что случилось? Да, она падшая женщина, но разве по ней это скажешь?.. Или что-то отразилось во внешности?.. А может, водитель видел порнушку с ее участием?..
— Ну, тебе же не привыкать.
— С чего ты взял?
— Я еще не взял: ты еще не дала.
— Натурой?
— Ага, натурой.
— Натурой?! — Настя взбешенно вцепилась когтями в рыжие волосы.
И плевать, что машина в пути. Возможная авария ничуть ее не пугает.
— Эй, ты чего!
Ногой рыжий жал на газ, а рукой отталкивался от Насти. Он ударил ее локтем в лицо, но ее это взбесило еще больше. И она еще крепче вцепилась в него, ломая себе ногти.
— Натурой!
— Да пусти ты, дура чокнутая!
Водитель остановил машину, открыл дверь. Он явно хотел вытащить ее из салона силой. Но Настя выскочила из машины одновременно с ним. И смело пошла на него, выставив растопыренные пальцы.
Рыжий не выдержал, шарахнулся от нее:
— Чур тебя, ведьма поганая!
— Натурой?!
— Да иди ты, дура!
Рыжий скрылся в машине, ударил по газам. И был таков. А Настя осталась стоять на обочине.
Из глаз хлынули слезы. Она всхлипнула, закрыла лицо ладонями, разрыдалась. Да, она защитила свою честь и достоинство, а толку? Из нее уже сделали подстилку, втоптали в грязь, от которой уже никогда не отмыться.
Настя постаралась взять себя в руки. Слезами горю не поможешь. Надо бороться за себя, нужно сказать твердое «нет» проклятым наркотикам. Так она и поступит. Но не сегодня. Сначала ей нужно привести себя в порядок, отпариться в нормальной ванне. И сделать себе успокаивающий укол. А уже завтра на светлую голову начать жизнь с чистого листа.
Жени дома не было, но в сумочке у нее были ключи. Она открыла дверь, обошла комнаты. Тихо, пусто. И вещей Жениных нет. Ощущение такое, что он собрался и уехал. Но ведь это вполне объяснимо. Женя уехал от греха подальше — чтобы его не нашли люди Сластика. Но ведь он вернется. Узнает, что Настю отпустили, и вернется. Она очень хотела на это надеяться.
А пока что нужно принять душ и привести себя в порядок. Но главное, нужно прийти в чувство. И она знала средство, которое могло вернуть ей бодрость духа.
Она залезла в тайник, выцарапала оттуда одну-единственную ампулу морфия. Одноразовых шприцев было больше, целых три, жаль, что не наоборот.
Настя решила не спешить. Сначала она примет душ, затем позвонит маме, ну а после облегчит себе душу — в полное свое удовольствие. Тогда и отдых будет приятным, безмятежным. Надо же успокоить себя перед бурной встречей с родителями. Будет столько вопросов, и на все нужно дать правильные ответы…
Она взяла свой халат, которым всегда пользовалась, отправилась в ванную, разделась. Но ей вдруг так стало тоскливо. Жени нет, в доме пусто, а она одна — никому не нужная.
Настя вернулась в комнату без одежды — рукав закатывать не понадобилось. Сделала укол, дождалась, когда внутри всплеснутся чувства и ощущения. Приход уже не тот, что прежде, но солнце все равно поднималось и светило в душу. Через мутные облака, но светило.
Она оставила шприц и склянку прямо на журнальном столике. Как-то не подумала, что нужно убрать сразу, оставила на потом. Отправилась в ванную, долго принимала душ, смешивая внутреннее удовольствие с теплой чистотой проточной водой.
А когда вышла из ванной, увидела перед собой незнакомого мужчину в кожаном плаще нараспашку. Настя качнула головой, глядя на него. Да, она под кайфом, но ложиться под него не станет. И дозу пусть не предлагает, все равно ничего не обломится.
— Ты что здесь делаешь? — возмущенно спросил мужчина.
— Я делаю?! Это ты что делаешь?
Из гостиной в прихожую вышла немолодая блондинка с ярко накрашенными губами. На Настю она глянула с непримиримым возмущением.
— Это там твои художества? — спросила она, рукой через дверь указывая на комнату.
— Какие художества?
— Развели здесь притон… Леша, не знаю, как ты, а я вызываю милицию!
Женщина ушла в комнату, а мужчина, глядя на Настю, в раздумье покачал головой.
— Давно балуешься? — спросил, шлепнув себя пальцами по сгибу локтя.
— Вам какое дело?
— Давай выметайся, пока не поздно.
— Почему это я должна выметаться? — возмущенно протянула Настя.
— И ключи от дома оставь.
— Это мои ключи!
— Если это мой дом, значит, и ключи мои.
— Ваш дом?! Это Жени дом!
— Да, я знаю, здесь жил какой-то тип. Мы сдавали дом женщине, а поселился… Ну да ладно, что было, то было. Давай собирайся и ножками, ножками…
— Ножками?
— И халат оставь…
— Да пусть забирает! — Из комнаты вышла блондинка. — Буду я после какой-то сифилички носить…
— Я не сифиличка! — Настя возмущенно качнула головой.
— И давно ты проверялась? — спросил мужчина.
— Проверялась?
Настя зависла в раздумье. Действительно, ее могли наградить ценным букетом и Сластик, и Симон. А разве в Жене она могла быть уверенной? И заразить ее могли, и оплодотворить, да все что угодно. Может, она беременна и вместе с тем больна СПИДОМ, о котором сейчас так много говорят.
