— Ты смелая и поразительная, — он взял мои руки в свои, потирая большими пальцами запястья. — Маленькие замкнутые пространства пугают меня до чертиков.
Вау. Этот мужчина такой многогранный. Кажется, я только начинаю его узнавать.
Он произнес это так, как будто это не имело особого значения. Но легкая дрожь его тела говорила об обратном.
Я сжала его руку в успокоительном жесте.
Он встал со стула и помог мне подняться, наконец, осознавая, что я уже полностью одета. Прошелся взглядом по мне, осматривая каждый миллиметр моего тела. Когда его глаза вернулись к моему лицу, он сглотнул. С трудом сглотнул.
— Нам все еще предстоит посетить ужин,
Я удивленно приподняла брови.
— Сегодня вечером ты моя и ты красивая, — он осмотрел комнату, словно искал что-то. — Ты эти туфли собиралась надеть?
Он указал на туфли от Лабутена на шпильках и с красной подошвой, которые стояли под трюмо. Я кивнула и уже хотела отправиться за своей обувью, но он схватил меня рукой за запястье.
— Садись, — команда была довольно мягкой. Категоричной?
Я села в кресло, наслаждаясь видом того, как черные брюки обтягивали его бедра, пока он направлялся в другой конец комнаты. Он вернулся с туфлями, и опустился на колени передо мной.
Я затаила дыхание, но оно бушевало в легких, пытаясь вырваться. Кожу начало покалывать, когда он склонил голову.
Господи, как приятно он пахнет! Когда его длинные сильные пальцы обернулись вокруг моей щиколотки, воздух прорвался через мои губы, и я плотно закрыла глаза. Это прикосновение было одновременно леденящим и обжигающим, его дыхание мягко ласкало мою кожу, влажная кожа…
Я распахнула глаза как раз вовремя, чтобы увидеть, как он отклоняется назад, облизывая нижнюю губу и лукаво улыбаясь.
Он что, только что поцеловал меня в ногу?
Он встал и отступил на шаг назад, словно для него все было правильно, в то время как у меня перед глазами постоянно прокручивалась только сцена этого однократного жаркого поцелуя.
— Нам лучше поехать, пока они не отменили бронь нашего столика.
У него очень красивые губы, которые очень хотелось целовать. Которые хотелось поглощать. Я задвинула свои похотливые мысли на задний план и встала, одернула свое темно-лиловое платье и разгладила руками ткань на животе. Затем прошла к кровати, взяла черный клатч, сережки и колье.
Я слышала, как он глубоко втянул воздух. Его горячий взгляд прожигал обнаженную кожу в вырезе на спине моего платья. Я широко улыбнулась, зная, что сейчас он не может видеть мое лицо.
Работает, как приворот. Каждый. Чертов. Раз.
Мы были почти возле лифта, когда Ремингтон приостановился и бросил взгляд направо на дверь, которая вела к лестницам. Он убрал руки в карманы брюк и посмотрел на меня, затем повернулся и взглянул на красные цифры на крошечном экране над дверьми лифта, указывающие, что лифт поднимается.
Что могло травмировать его так сильно, что даже одна только мысль зайти в лифт пугает его?
— Спустимся по лестнице.
Его лицо стремительно бледнело.
— Нет, — он посмотрел на мои туфли. Я закатила глаза, наклонилась, сняла их и взяла в руки.
Но Ремингтон, нахмурившись, упрямо отобрал их у меня и надел обратно мне на ноги.
В конце коридора открылась дверь и из номера вышла молодая пара, они хихикали и целовались, игнорируя нас. Одновременно с их появлением приехал лифт.
— Поедете на следующем, — сказал Ремингтон не терпящим возражений тоном, схватил меня за руку и затащил в кабину, отделанную изнутри бархатом.
Там он выпустил мою руку, повернулся ко мне спиной и прижался лбом к стенке лифта. Его дыхание с каждой секундой становилось все более прерывистым.
Мужчина собирался задохнуться и, вероятно, упасть в обморок прямо передо мной.
— Зачем быть таким упрямым? — пробормотала я, роняя на пол клатч и втискиваясь между Ремингтоном и стенкой лифта.
Он поднял голову и медленно приоткрыл глаза, смущенно встречая мой взгляд.
— Обними меня.
Он без колебаний выполнил мою просьбу и притянул меня к себе. Я начала поглаживать его по спине сверху вниз, иногда пропуская сквозь пальцы его мягкие шелковистые волосы на затылке. Боже, какие они мягкие. И его запах… так, наверное, пахнет Рай. Он был такой твердый, к какой бы части тела ни прикасались мои руки. Я не знаю, что делала, но, кажется, это помогало. Он склонил голову мне на плечо, зарываясь носом в шею. Его затрудненное дыхание начало медленно выравниваться, и хватка рук на моей талии ослабла.
Несколько секунд спустя в кабине раздался сигнал, оповещающий, что мы приехали. Он отстранился и посмотрел на меня так, словно видел впервые.
— Спасибо, — он убрал руки с моей талии, и, перед тем как выйти из лифта, наклонился и поднял с пола мой клатч.
— В любое время, — тихо сказала я, следуя за ним.
Он одарил меня мимолетной улыбкой.
— Я ведь могу принять твое предложение. Откуда ты знала, что нужно делать?
— Я не знала. Честно говоря, мне просто хотелось, чтобы тебе стало легче.
