За крайней дверью, этого крыла, находился ещё один туалет, только какой то очень маленький, скорее всего он предназначен для одного человека, того, который занимал помещение находившееся за стеной. Было здесь всего одно узкое окошка, маленькая кабинка, с точно такой же тумбой которые видел в заведении соседнего крыла, а на стене висел обычный оцинкованный умывальник, с раковиной из такого же материала и эмалированным ведром внизу, куда стекала использованная вода. Она, между прочим, находилась здесь же, в небольшом баке, литров на тридцать, на крышке которого лежал обыкновенный ковшик с длинной ручкой. После того, что увидел в кабинете, туалет выглядит, как то убого, могли для его хозяина придумать чего нибудь по лучше.
Крыша произвела большее впечатление, чем последняя комнатка. Пристройка, на ней, которую приметил ещё снизу, оказалось очень удобным местом для наблюдения за окрестностями. Из той части крыши, что выходила к морю, было очень далеко видно его, причал с кораблём и даже часть здания завода. А если повертеть головой и использовать для наблюдения бинокль, то можно рассмотреть и береговую линию на приличное расстояние, как в одну, так и в другую сторону. Та часть крыши, которая смотрела на перрон, позволяла на многие километры отслеживать лесной массив, отсюда даже можно было разглядеть, что он совсем не бесконечный и у него есть места похожие на поля или по крайней мере на перелески. Ясно одно, лучше чем здесь, наблюдательного пункта придумать не возможно.
Уходя, закрыл кабинет и оба входа в вокзал, чего ему стоять открытым, без присмотра. Двигаясь в сторону завода, не раз оглядывался, чтобы ещё и ещё полюбоваться доставшимся нам зданием, пока оно не скрылось за лесополосой.
- Чего то ты на долго там задержался, мы уже хотели твою пайку поделить - выступил Сутягин, когда я зашёл к ним на кухню.
- Я тебе поделю, без ужина оставлю и три наряда в не очереди дам, умник мне ещё нашёлся. Пока командир диспозицию изучает, он тут отъедается, да ещё и командирскую долю сожрать хочет.
- Да я так пошутил, не знал же что ты по делу задержался - пошёл на попятную сержант.
- Конечно по делу, проверял чердак, там такой видок открывается, что всю округу видать, не одна зараза не заметно не подберётся.
- Мы на него тоже глаз положили, только потом хотели проверить, после обеда - высказался Кашин, по поводу крыши.
- После обеда печки топите, в здешних комнатах отдыха, к вечеру вам подкрепление подвезу.
Я зарубал тушёнку, попил специально для меня подогретого кипяточка с печеньем и пожелав приятного время препровождения остающимся здесь товарищам, отправился восвояси, в наш пещерный городок.
Как же оказывается хорошо, когда просыпаешься утром в нормальной постели, где рядом не лежат ещё двадцать человек в попытке перехрапеть друг друга, благодать. Понять все прелести обычной, казалось бы, жизни, можешь только тогда, когда перед этим получил возможность побаловать себя каким нибудь экстремальным вариантом.
Полный переезд, на новое место, занял у нас четыре дня, это если считать день, когда люди Ерёмина закончили консервировать построенный нами городок. Бросать его на произвол судьбы не стали, как всё дальше сложиться одному богу известно, это мы уже проходили. Сегодня вроде в хоромах живёшь, а завтра снова на улице можешь оказаться. То что построено своими руками никуда не денется, если конечно, какие нибудь агрессоры снова не попытаются наезд устроить. В день открытия станции, я успел, до вечера, перебросить на неё людей Ухова, которые сразу же занялись осмотром судна, они и ночевали на нём, на берег только гонца за продуктами присылали. А чем на корабле хуже, двигатель завели, теплом себя обеспечили, даже свет у них самый настоящий, от лампочки, а не как у нас от керосинки.
Вторым заходом перевёз остальных моряков, которые тоже не отходят от посудины по сей день, как они её делить собираются, даже думать об этом пока не хочу. К вечеру, этого же дня, сюда доставили все продукты из лагеря и гражданских, а на третий день забрали разведку, связистов, успевших свернуть протянутую линию и весь мелкий и крупный инструмент.
А вчера вечером водитель привёз и группу Ерёмина, так что теперь мы все обитаем на станции и утром у нас, как в старые добрые времена, гудит гудок, правда паровозный, подавая сигнал о том, что пора просыпаться и собираться на работу.
Разбудил меня, так же как и вчера гудок. Хорошо конечно, когда будильник есть, но вот когда он, можно сказать, под самым ухом ревёт, то рано или поздно наступит время и кто нибудь не выдержит, и поколотит машиниста. Не знаю, кто как, а я долго такого точно не выдержу.
