Я ничего не ответил, возразить особо не чего, если бы люди здесь были раньше, мы бы их уже обнаружили. Выходит так, что здания переместились самостоятельно и скорее всего жителей в них начнут отправлять постепенно, но хозяева здесь уже появились и пускать к себе кого попало, они больше не собираются. Хватит насобирал вдоль дороги потеряшек, а потом они же мне в морду и плюнули.
Дверь поддалась с трудом, надо будет петли смазать, скрипят, масла то у нас теперь достаточно.
Дневного света, что проникал через окна, хватило для того, чтобы сразу разглядеть центральное помещение первого этажа вокзала. С первого взгляда я понял, мне здесь понравиться. Бело серый, мраморный пол, две широкие, металлические лестницы, по бокам обрамлённые кованными перилами, ведущие на второй этаж, маленькое окошко кассы, даже расписание движения поездов, на немецком языке, всё выглядело так, как будто это не вокзальное помещение, а начало выставки, в каком нибудь столичном музее. Даже не оштукатуренные, кирпичные стены, только подчёркивали солидность здания, а двустворчатые двери, из которых можно попасть в соседние помещения слева и справа от меня, лишь усугубляли это впечатление. Я дошёл до середины зала, имевшего наверное метров десять в ширину и примерно столько же в длину, и подняв голову посмотрел наверх. Именно здесь второго этажа не было, поэтому лепнину, по краям и какие то зарисовки на потолке, находившиеся метрах в шести от пола, можно было рассмотреть с трудом, так как дневного света было явно недостаточно. Для этого дела надо было разжигать керосиновые фонари, прикреплённые к стенам, но сделать это без лестницы не возможно, да и пока что я смысла в этом не вижу. Дальше решил осмотреть то, что находится за дверьми, по правую руку от входа, если заходить со стороны перрона. Выглядят они не чуть не хуже тех, что позволяют выйти на улицу и по размеру не на много меньше их. Открыв одну створку, сразу же определил, что передо мной, вокзальный ресторан, возможно не самый лучший, из тех в которых я бывал, но имеющий одно неоспоримое достоинство, перед ними. Такой мебели, я не видел ни в одном из современных мне заведений, а возможно и вообще никогда живьем не видел. Овальные столы, на толстой, четырёх лапчатой ножке, покрытые белыми скатертями, тёмного дерева стулья, с удобными подлокотниками, возле них. У дальней стены, громадная стенка для посуды, ну не поворачивается язык, этот шедевр, назвать барной стойкой, метров пять в длину и не меньше двух с половиной в высоту, с резными дверками, в нижней своей части. Множество тумб, из темных пород дерева, вдоль стен, разного размера, но одинаковых по высоте и бронзовые подсвечники, и стилизованные под них керосиновые лампы привили меня в состояние человека, выигравшего в лотерею миллион. Но вот зайти сюда и присесть за стол, я себе не позволил, портить такую красоту своим затрапезным видом ни к чему. Вздохнув закрыл двери, понимая, что почувствовать себя джентльменом, которые здесь наверняка раньше ужинали, я не смогу ещё очень долго. Пошёл к другим, точно таким же дверям, что находились на противоположной стороне зала, но проходя рядом с лестницей, обратил внимание на узкую дверь, в помещении под ней. Подошёл ближе, открыл её, но разглядеть, что внутри не смог, пришлось посветить себе зажигалкой. Помещение оказалось узкой бытовкой, а может быть комнатой отдыха для персонала, у кого сейчас выяснишь, да мне это, в данный момент и не к чему. Мне важно то, что на стене здесь имеется стеклянный ящик, с висевшими на крючочках, в нем, ключами и бирочками с номерами, на них. Теперь буду знать, чем открывать запертые двери, если такие найдутся.
Нашлись они буквально сразу же, двери в кассу, расположенную рядом, естественно были закрыты. Пришлось снова зайти в каморку и собрать все ключи, сделав из них приличную связку, на чёрном шнурке, найденном тут же. В связи с отсутствием опыта в подборе ключей, долго ковырял ими в замочной скважине, прежде чем смог открыть дверь. Помещение с окошком было совсем крохотным и тёмным, но на столе я обнаружил керосиновую лампу, зажечь которую, имея на руках газовую зажигалку не составило труда. Свет не добавил комнатке привлекательности, но позволил внимательно её разглядеть. Самой ценной вещью, этого кабинетика, был металлический сейф, естественно закрытый, но по не понятной причине с торчащим ключом, в крохотной дверце. Сразу пришла на ум расхожая фраза, про деньги, которые надо хранить в сберегательной кассе. Деньги в сейфе были, причём было их много, металлических и бумажных, бумажные лежали в пачках, а мелочь в тряпичных мешочках. Перелистнув одну из пачек, положил её на место, как фантики они красиво выглядят, были бы у нас дети, отдал бы им вместо игрушек, а так, закрыл дверку провернул ключ и положив его в карман, вышел в зал.
