Имя Инак близко к слову «анак»10), Эвальд и другие эб-раисты придают этому большое этническое значение. Если бы это имя имело номинативное значение, т. е. указывало на расовую принадлежность, тогда оно свидетельствовало бы о родстве с чисто черными племенами, изгнанными из Ханаана и бродившими по лесам и жившими в пещерах Сеира. Однако это маловероятно, и не следует путать имя Инак со словом «анак», а если искать между ними какую-либо связь, то она находится гораздо глубже, чем в простом сходстве слогов.
Следовательно, колонисты, пришедшие с юга и востока, состояли исключительно из черных хамитов и перемешанных семитов. Они находились на самых разных уровнях цивилизованности и отличались невероятным разнообразием расовых типов.
В тс далекие времена ни в одной другой стране не было таких этнических пертурбаций и постоянных перемещений населения. С островов или с азиатского континента постоянно прибывали новые толпы, насыщенные черной кровью, а с севера шли другие племена, перемешанные с желтыми элементами, славяне и кельты — все они несли с собой свои привычки и нравы 11).
Чтобы объяснить такое обилие национальностей на тесном полуострове, почти изолированном от мира, не надо забывать, какие грандиозные перемены принесли финские народы в южную часть континента. Фессалийские и македонские воины в окрестностях Акарнании были первыми жертвами учащавшихся набегов; черные хамиты и семиты, прибывшие с востока и юга, бежали от аналогичных событий искать счастья в Греции, а их земли стали добычей еврейских или арабских захватчиков.
Эти толпы вооруженных беглецов в Пелопоннесе, Аттике, Арголиде, Беотии, Аркадии вступали в сражения друг с другом. В результате появились новые победители и побежденные, изгнанники и угнетенные, которые устремлялись на запад, в Сицилию, Италию, Иллирию или возвращались в Азию. Эллада напоминала глубокие ямы на дне реки, куда устремляются огромные массы воды, создавая водовороты.
И не было там ни отдыха, ни покоя. Героические времена только начинаются, история, пренебрегая людьми, сохраняет только богов. Позже Муза, наконец, успокоилась и заговорила разумным языком, изображая греческие народы.
1. Эллины. Арийцы, впитавшие в себя желтые принци
пы, сохраняя тем не менее белую сущность и немного се
митской крови.
2. Аборигены. Славянско-кельтское население, насыщен
ное желтыми элементами.
3. Фракийцы. Арийцы, смешанные с кельтами и славя
нами.
4. Финикийцы. Черные хамиты.
5. Арабы и евреи. Смешанные семиты.
6. Филистимляне. Более чистые семиты.
7. Ливийцы. Почти черные хамиты.
8. Критяне и другие островные племена. Семиты,
похожие на филистимлян.
Эта картина далеко не полная 12. В ней нет ни одного чистого элемента. Из восьми — шесть содержат в разной степени меланийские принципы, два — желтые элемента, а еще два — белый элемент, привитый к хамитской расе, т. е. весьма ослабленный, три народа представляют собой смесь белой и семитской крови, два относятся к арийской ветви, а три объединяют в себе оба последних источника. Из всего сказанного я делаю следующие выводы.
В целом доминирует белый принцип, арийская сущность разделяет первенство с семитской, поскольку вторжения арийцев-эллинов были наиболее массовыми и создали основу населения Греции. Тем не менее семитской крови настолько много, что она оказывает значительное влияние. Разумеется, это суждение относится к южной Греции, Аттике, Пелопоннесу, колониям, короче говоря, к Греции художников и ученых. На севере мела-нийские элементы почти отсутствуют. В эпоху Троянской войны эти районы вызывали большую озабоченность южных греков, чем азиатские народы.
Дело в том, что в тот период, когда писал Геродот, Греция сама была азиатской страной, и ее политика осуществляла'сь при дворе великого царя. Все, что происходило внутри — все, что осталось великим и благородным в памяти потомков, — было незначительным и вторичным в сравнении с внешними событиями, нити которых держали персы.
После того, как Египет превратился в провинцию Аха-менидов, в западном мире больше не было двух цивилизаций, как прежде. Соперничество между Евфратом и Нилом прекратилось; не было ни Ассирии, ни Египта, вместо этого воцарился компромисс азиатского типа. Однако ассирийский принцип все еще сохранял свое влияние. Малочисленные персы не смогли его трансформировать или обновить. Они оказались достаточно сильны, чтобы придать ему импульс, какого они не получили от халдейских династий, и под тяжестью этого загнивающего колосса одряхлевший Египет рухнул и превратился в прах. На земле больше не существовало третьей цивилизации, которая могла бы заменить старые державы. Перед лицом Ассирии Греция не представляла собой такую же самобытную культуру, как египетская, и хотя греки отличались своими достоинствами, большая часть их составных элементов была заимствована у семитских народов средиземноморского побережья. И доказывать этот факт уже не стоит.
