2 — Антропофаг — от древнегреческого — «человек» и — «поглощать» — иное название каннибала. Тут важно определиться с терминологией. Людоед — это любое существо, кушающее человеков, а каннибал — это любое существо, потребляющее в пищу существ своего вида. То есть, если человек кушает человеков, то вернее называть его каннибалом, но людоед, применительно к этому же случаю, тоже верно. Но нельзя называть тигра, забодавшего и скушавшего человека, каннибалом, потому что он ничего противоестественного не сделал и других тигров не кушал. И, к слову, животные, вкусившие человеческой плоти, распробовавшие всю гамму вкуса и богатый внутренний мир, потом более склонны, если подвернётся случай, продегустировать человека ещё разок и ещё. А в норме хищники стараются держаться от людей подальше, потому что им делать больше нехрен, кроме как подставляться под пули. Но с людоедами всё несколько иначе.
Тот самый Демис Руссос — Гудбай, май лав, гудбай — https://www.youtube.com/watch?v=f4LKlOyC-To
— Будённовская порода, трёхлетки преимущественно, — нахваливал Семён Иванович Буркин, директор завода, своих лошадей. — Сколько надо?
Кирич успел узнать, что конный завод переживает очень тяжёлые времена, спорт в большом упадке, поэтому денег не хватает, а ещё недавняя эпидемия отнюдь не улучшила ситуацию. Поэтому в глазах директора видна заинтересованность в продаже лошадей.
— Мне спортивные кони не особо нужны, Семён Иванович, — заговорил Кирич. — Мне бы тягловых, чтобы телеги таскать могли.
— А чего ко мне пришёл тогда? — несколько разочарованно спросил директор. — У меня спортивные…
Директор был обычного и заурядного вида мужичком: с лишними килограммами двадцатью, с красным лицом, седоватыми русыми волосами, усатый, с карими глазами и носом-картошкой.
— А весят они сколько? — спросил Кирич.
— В среднем, четыреста-пятьсот килограмм, — ответил Семён Иванович. — Что за вопросы странные? Брать будешь?
— Продай мне штук десять, — решил Кирич. — Но чтобы все здоровые и точно трёхлетки. Пять самцов, пять самок. Почём будет?
— По сто двадцать тысяч! — выдал директор. — Но будут ещё четырёхлетки и пятилетки, два-три из десяти.
— Сто, — назвал Кирич своё видение цены. — Но только самых лучших.
Брать без торга — это привлекать ненужное внимание. У Кирича и так не было никакой внятной легенды, чтобы объяснить такую, на первый взгляд, спонтанную покупку лошадей…
— А пойдёт! — директор, уже становящийся очень довольным, махнул рукой.
Кирич мог бы и сильно дешевле купить лошадей, но их надо искать по окрестным деревням, где далеко не везде люди держат хоть какой-то скот.
— Где я могу купить, хотя бы, штук двадцать вьючных лошадей? — спросил Кирич.
— Есть на конебазе один знакомый… — Семён Иванович. — Могу связаться. Тебе молодняк нужен?
— Мне нужно, чтобы они имели массу не тяжелее полутонны, — ответил Кирич.
— По пятьдесят тысяч рублей за голову, — назвал цену директор. — Но переговоры буду вести я. А нахрена тебе такие?
— Конюшню открываю, для реконструкторов, — ответил Кирич. — Вьючные нужны для телег средневековых.
— А-а-а, ну, понятно, — покивал Семён Иванович. — Так что по цене?
— Тридцать, — назвал свою цену Кирич.
— Ну это грабёж! — возмутился директор. — Сорок пять и ни рублём меньше!
— Ладно, — кивнул Кирич.
— Как забирать будешь? — спросил Семён Иванович.
— Надо привезти их в конюшню на севере Владивостока, конный клуб «Владивостокская езда», — назвал адрес Кирич. — Доставку оплачу.
— Так он же закрыт! — удивился директор.
Действительно, пандемию ВИ-гриппа особо тяжело переживали конюшни, конебазы и конные заводы, потому что массовые мероприятия, коими являются скачки и турниры, были запрещены, а ещё люди в страхе сидели по квартирам, не позволяя себе даже конных прогулок.
— Я арендовал его, — ответил Кирич. — Почём доставка?
— Доставка моих обойдётся в десять тысяч, — назвал цену директор. — В коневозке пять мест, рейс до Владивостока — пять тысяч рублей.
— Пойдёт, — вздохнул Кирич. — Надо побыстрее, а то я уже утомился всеми этими договорняками…
— Сделаю в лучшем виде! — улыбнулся Семён Иванович. — Лошадей сразу с документами продаю. Как оплачивать будешь?
— Наличкой, — ответил Кирич.
