Действительно, скоро всё будет позади, скоро мы снова будем вместе. Мне никак не удавалось долго побыть с моей любимой, нас всё время разлучали неожиданные препятствия. Но теперь точно всё позади, мы будем вместе. Плот, тем временем, потихоньку приблизился к берегу. Мы уселись на траву к поджидавшим нас, воинам Залестанда. Вождь сразу же завалился набок и стал лениво наблюдать, как Оозорван гребёт к противоположному берегу. Его воины также лежали, расслабившись, в разных позах. Но, как только плот достиг середины реки, их всех, как будто подменили. Они с неожиданной прытью бросились на меня, скрутили руки верёвкой. Один из них вытянул из-под моей рубашки бластер и протянул Залестанду. Тот, довольно улыбаясь, процедил сквозь зубы, желая досадить мне:
— Что скажет великий воин Влад теперь? Или ему нечего сказать?
— Мне есть что сказать, подлый вождь, — я был взбешён тем, что меня провели. — Вот только зря ты затеял эту игру: один бластер тебе ничего не даст.
— Один разящий меч мне много даст, ты не прав, — Залестанд посерьёзнел. — Все увидят мою силу, сразу станут бояться, я смогу одним ударом поразить многих. Люди из замка обладают большой силой, которую они мне не показывали, но Залестанда никому не провести. Я сам буду править Междуречьем, потому что умён и достоин большего. Мне никто не будет указывать, что и как делать.
Его планы были понятны, они грозили большими бедами Междуречью. Я скрипнул зубами от бессилия и стал яростно работать запястьями, пытаясь освободить руки. Залестанд поднял бластер и стал водить стволом в разные стороны. Когда он направил его на меня, похолодел. Но, присмотревшись более внимательно, успокоился. Он не знал, как правильно обращаться с бластером: вождь держал его за рукоятку, не нажимая спусковую скобу. Залестанд и сам понял, что он делает что-то не так, ведь бластер не стрелял.
— Чужак, почему разящий меч у меня не стреляет? — он нахмурил брови.
— Я же тебе говорил, что он не всегда помогает. Его нужно иногда заряжать, — ответил, стараясь держаться спокойнее, не переставая, при этом, работать руками. Верёвка стала ослабевать, шансы на спасение становились выше.
— Не пытайся даже обмануть меня, — Залестанд достал меч, ткнув лезвием мне в шею. — Если не скажешь, как работает разящий меч, тебе конец. Говори правду.
— Это, правда, великий вождь, — я с жаром оправдывался, — но пока не знаю, почему он не работает. Мне надо взять его в руки, посмотреть.
— Какой ты умный, — Залестанд даже слегка рассмеялся, — думаешь, великий вождь тебе поверит, а ты снова завладеешь разящим мечом. Не выйдет, говори, иначе убью твоего друга, а потом и тебя.
Я же следил, когда причалит плот, который был уже недалеко, Оозорван наверняка что-то придумает. Залестанд заметил мой взгляд и обернулся.
— Думаешь, Одинокий Охотник тебе поможет? — он криво улыбнулся. — Оозорван отправится в Обитель раньше тебя, на него не надейся.
Оозорван видел, что на берегу творится что-то неладное и встревожено вглядывался вперёд. Верёвка на моих запястьях ослабла, ещё немного и руки будут свободны. Хорошо, что сзади никто за мной не следил, а теперь и вовсе взгляды Залестанда и его воинов были обращены на Оозорвана. Плот медленно причалил. Залестанд прижал лезвие меча к моему горлу:
— Оозорван, сдавайся. Если ты не сложишь оружие, перережу ему шею.
Воины Залестанда забрали у Оозорвана меч, сошли на берег. Оозорван покачал головой:
— Зачем ты поступаешь так, вождь? Это ни к чему хорошему не приведёт.
— Я знаю, что делаю. Разящий меч — вот что мне надо.
Он вытянул руку с бластером вперёд. Я уже успел освободиться от верёвок. Как только он протянул руку, с силой рубанул ребром ладони по его руке. Залестанд взвыл от боли и выпустил бластер. Я, в свою очередь, подхватил оружие, но воспользоваться им не успел. Залестанд с рёвом бросился на меня, мы схватились не на шутку. Он старался вырвать оружие у меня из рук, я же старался увернуться и не выпускал его. Все в каком-то оцепенении наблюдали за нами, не пытаясь вмешиваться. В этот момент произошло то непредвиденное, чего я боялся. В пылу борьбы Залестанд, пытаясь отобрать бластер, прижал мне руку, и я надавил на спусковую скобу. Вождь заревел раненым зверем и, дёрнувшись, свалился замертво. Тяжело дыша, я сел. В левом боку у Залестанда зияла огромная выжженная рана с запекшейся кровью. Воины потеряли дар речи при виде мёртвого вождя. Первым опомнился Оозорван:
— Что вы застыли? — он прикрикнул на растерявшихся воинов. — Вождь погиб в честном бою, его необходимо доставить в селение и положить на погребальный костёр там. Сделайте носилки, понесём вождя по очереди.
