– Косневский умный человек, не то что некоторые, – сказала Катрин. – Поступай, как он советует. Польша достигла многого под руководством этого Косневского: она уже член Евросоюза. Завтра же попроси журналистов и сделай заявление, что ты не будешь давить на следователей, занимающихся этим Колюсниковым, ставленником Москвы.
Кончился первый квартал 2005 года. Трудно давать оценку правлению Юлии, но опытный глаз стал замечать, что экономика страны идет на спад. Во всяком случае, такой спад наметился. И витание в облаках премьера тоже было замечено. И только лидер нации ничего не видел. Единственное, чего он боялся, так это роста популярности премьера. Как же, она в облаках витает! А он? Ввязался в борьбу с председателем Донецкого областного совета и застрял. Тут ему стали подсказывать, что не мешало бы подвести итоги первого квартала.
– Что ж, я согласен. Оповестите кого следует.
Совет национальной обороны собрался немедленно. При мчалась и Юля с кипой бумаг под мышкой. Ей дали слово. Она говорила долго, четко, улетая ввысь и вовлекая за собой всех членов президентской команды.
Вопиющенко все время улыбался, а потом произнес:
– Я не ожидал, что вы, Юлия Феликсовна, всего за какие-то три месяца выведете страну на стартовую площадку, с коей мы все в скором времени совершим прыжок в Евросоюз. Молодчина, браво! Так много сделано! Признаться, я долго сомневался, что женщина, пусть даже такая энергичная, как вы, сможет справиться с такой трудной работой. Но я ошибался, я это признаю. Браво, товарищи!
– Браво, браво! – воскликнули хором члены президентской команды.
Юлия, вдохновленная высокой оценкой президента, поднялась в облака еще выше и вскоре ринулась в атаку на нефтяных королей из России, которые обеспечивали Украину топливом, давали возможность двигаться поездам, автомобилям, нацеленным на Евросоюз. И Вопиющенко, и Болтушенко мечтали как бы на чужих колесах, а точнее на горючем, примчаться в этот земной рай под названием Евросоюз. Это обязательно будет. Если бывшему президенту Кучуме, который, стоя на коленях, со сложенными ручками у подбородка, как во время молитвы, просил: примите нас, примите нас, пожалуйста, мы хорошие, мы талантливые, мы умные, мы отдалимся от России, отказали в приеме, то теперешнему лидеру нации никто не сможет отказать.
Два человека рулили, все время двигаясь на Запад и витая в облаках. Неважно, что росли цены, останавливались заводы, разрушалась инфраструктура производства, катилось к нулю сельское хозяйство, продавались еще уцелевшие гиганты промышленности, – два лидера мчались в Евросоюз… по воздуху. Но жители западных стран, которые чудом объединились в этот Евросоюз, так испугались оранжевых нахлебников с Востока, что решили бойкотировать конституцию этого Евросоюза, поставив под угрозу целостность объединения европейского континента, в котором труженики могут работать на лодырей, а распределять материальные блага поровну. Ну, чем не коммунизм? Не хватало только Маркса с Лениным и колючей проволоки.
И вот русские нефтяные короли за одним столом с хрупкой, в чем-то грозной, в чем-то наивной Юлией Болтушенко.
– Дорогие русские братья! Мы с Виктором Писоевичем вот уже второй месяц сидим над текстом указа о введении русского языка вторым государственным языком, – ведь в Украине проживает свыше десяти миллионов русских. Кроме того, свыше сорока процентов украинцев говорят на русском. Как же мы в таком случае можем отказаться от того, чтобы не поддержать друг друга, не пойти навстречу друг другу в трудную минуту? Я так тщательно готовилась к поездке в Москву, но ваш Генеральный прокурор выступил с провокационным заявлением по поводу того, что я, премьер великой Украины, расположенной в центре Европы, все еще нахожусь в международном розыске. И мы с президентом отменили эту поездку. А зря. У меня было так много предложений об улучшении наших взаимоотношений – в десяти томах все это не уместить. Да… я немного отвлеклась. – Юлия очаровательно улыбалась, гордо выставила грудь, покрытую зеленым сукном, и показала прелестную ножку. – Так вот, ближе к делу, как говорится. У нас сейчас сезон посевной. Если мы упустим этот момент, если мы, так сказать, прозеваем, меня, как Жанну д'Арк, сожгут на костре. А я не хочу: я еще не выполнила обещаний, данных мною на майдане. Я прошу вас снизить цены на нефть, ну хотя бы на период посевной. Ну, скажем, процентов на тридцать, а то и на сорок. Пожалуйста, не отказывайте даме, дамам нехорошо отказывать. Итак, по рукам? Ну, не будьте такими Гобсеками, ужмитесь немножечко. Вы не пострадаете, я в этом уверена. А пройдет посевная, я вам уступлю, точнее, моя страна вам уступит. Ну, так как?
Наступила мертвая тишина. Одна-единственная муха, такая несознательная и невоспитанная, нарушила эту торжественную, судьбоносную тишину.
– Есть один вариант, – сказал один из магнатов.
– Ласково просимо вас, – запела Юлия на родном языке и тут же схватила авторучку.
