В своей кадровой политике президент руководствовался известным постулатом: своя рубашка ближе к телу. На первом месте стояли ближние и дальние родственники, кумовья и соратники по оранжевой революции. Но в такой стране, как Украина, горстка родственников и те, кто недавно стоял рядом на майдане, растворилась, как чайная ложка сахара в канистре с водой. А дальше? Откуда брать кадры и назначать губернаторов в областях, как заполнить гигантский айсберг чиновников во всех министерствах и ведомствах не только в Киеве, но и на далеком западе и востоке, юге и севере.
Аналитический ум Виктора Писоевича привел его к единственно правильной мысли: кузница кадров – Галичина. Бандеровцы разъехались по всей Украине и заняли командные посты. Эти посты доставались легко и просто, где за доллары, где по доброте душевной лидера нации. Знание проблемы, опыт не имели значения. К примеру, Червона-Ненька стал министром железнодорожного транспорта, он разбирался в этом как свинья в апельсинах. Правда, надо признать, что он несколько раз ездил по железной дороге в качестве пассажира – вот и весь опыт.
Своими достижениями в области кадровой политики президент всегда делился с Катрин. Как правило, она одобряла действия мужа, хотя всякий раз намекала на то, что неплохо было бы пригласить молодых специалистов из Америки, а то и из Франции, но Виктор Писоевич только сопел, а однажды сказал:
– Как только Украину примут в Евросоюз, я поменяю всех губернаторов из Галичины на американцев.
– Йес, йес, – согласилась супруга и больше не беспокоила мужа по кадровым вопросам.
– Завтра у меня встреча с учеными Львова, Тернополя и Ивано-Франковска. Что бы ты мне посоветовала, как мне с ними вести себя, ведь они ученые, трудные люди, а я в науке нуль без палочки.
– Всех ученых Галичины перевести в Киев.
– Спасибо за совет, я так и сделаю.
– И издать указ о голодоморе, – посоветовала Катрин мужу в который раз.
– Катрин, ты умница, ты почти убедила меня. Я как раз думал о тебе и о твоем плане по голодомору. Сегодня, когда я присутствовал на заседании Верховной Рады, мне пришлось обрадовать депутатов… голодомором, поэтому я вернулся домой раньше, чем обычно. Еще восьми нет, а я уже дома. Президент никогда так рано не возвращается. Рузвельт приходил домой не раньше одиннадцати.
– Не мели чепухи, – добродушно произнесла Катрин. – Любой великий человек может трудиться не только на работе, но и дома. Сегодня ты будешь трудиться над голодомором. Знаешь, как это важно? Если большинство стран признает этот голодомор, России придется раскошелиться. Несколько миллиардов долларов в нашем кармане. Мы их тут же переведем в Штаты. Ты ведь хорошо знаешь: если на второй срок тебя не изберут, мы улетим в Америку. Я ни на один день здесь не останусь.
– А Россия может компенсировать наши потери?
– Ее заставит мировое сообщество. Не секрет, что мировое сообщество голосует так, как этого хочет Америка. И так будет всегда.
– Я счастлив, что у меня такая мудрая жена, – произнес знаменитый супруг. – Кстати, я уже настрочил указ о голодоморе. Вот он.
Катрин пробежала одну строчку, из которой состоял весь указ, и расхохоталась.
– Что, не понравилось?
– Ты смешной. А еще лидер нации. Вот ты пишешь тут: назначить голодомор на осень 2008 года и подпись. Разве так издают указы? Голодомор – это целая эпопея в твоей политической деятельности, как лидера нации. Давай так, сначала перекуси, а потом возьмемся за работу. Надо составить план, а потом постепенно, шаг за шагом браться за выполнение намеченного плана. – Катрин раскрыла увесистую папку и уселась напротив мужа. – Так вот, Америка требует благодарности за то, что она тебе подарила президентское кресло. Ты понял?
– Я давно это понял. Только что от меня требуется? Отдать Украину американцам? О, я к этому готов. Я отдам всю Украину с потрохами, только пусть Америка согласится взять нас под свое крылышко.
– Да, но это не так просто. Предстоит большая подготовительная работа. Сперва надо реабилитировать оставшихся в живых воинов ОУН/УПА. Уравнять их с бойцами Красной армии, присвоить каждому, кто еще передвигается на своих двоих, звание героя Украины, назначить им самые высокие пенсии, поселить в новые благоустроенные квартиры, обеспечить бесплатным транспортом, поставить памятники в каждом городе Степану Бандере. Следует переписать все школьные учебники. В учебниках истории Красная армия должна быть представлена как агрессор, а УПА – освободитель. В каждой школе – музей воинов УПА. Русский язык убрать из всех школ, институтов, убрать из всех научных словарей русские слова. Когда закончится эпопея с УПА, ты переходишь к голодомору. Это большая работа. Памятники жертвам голодомора в каждом городе Украины, в каждом поселке. Весь научный мир Украины работает над созданием многотомной книги, праздник каждый год.
– Траурный праздник, – поправил муж.
– Не перебивай. Все страны должны признать голодомор и еще геноцид. Когда геноцид признает ООН, ты получишь большую компенсацию от России.
