Потом в моей жизни появился ты. Это было как… ну вроде ветра, прилетевшего из ниоткуда. Я и боялась тебя потерять, и боялась с тобой сблизиться, и… ну, в общем, я запуталась. Я сказала Биллу, что у нас с ним все кончено, а он улыбнулся и ответил: "Месяца через три ты поймешь, что тебе нужен только я. Будем считать, что я дал тебе время на размышление". Я поняла, что это очередной его "сценарий", кроме того, он мне действительно нравился. С одной стороны — мне было его жалко, а с другой — я не знала, как он себя поведет, когда услышит отказ. В тот злополучный вечер Билл пришел делать мне предложение. Я честно ему выложила все про нас. Он подробно расспрашивал про тебя. Я не могла понять, что же он хочет, а выяснилось — он просто хотел убедиться, что мне с тобой действительно хорошо.
Узнав, что я опасалась его реакции, Билл рассмеялся и сказал, что слишком любит меня, чтобы нам вредить. Он собирался просто поговорить со мной напоследок и исчезнуть из моей жизни. После этих слов он встал и попрощался, а я… ты понимаешь, он оказался гораздо лучше, чем я представляла. Я была ему так благодарна за все, и… ну… я его поцеловала, а он… он даже не ответил… просто погладил меня по щеке и ушел. Вот и все. В такой ситуации я бы его поцеловала и при тебе. Пойми — год жизни просто так не выбросишь, причем хороший год. Но это было ДО тебя. Теперь у меня есть ты.
Как сказала Кристина, это было действительно ВСЁ! Злоба требовала выхода, но объекта уже не было. Самолюбие и задетая гордость, по которой топтались все, кому не лень, сделали свое дело. Она поступила, может быть, опрометчиво, может быть, самоуверенно, но она не предавала его.
Следующий час Сим пил бренди и сделанный Кристиной кофе и пытался унять дрожь в руках, а потом, задыхаясь и причитая, сквозь слезы рассказал ей о своей встрече в баре, Треугольнике и еженощных кошмарах.
— …Ты говоришь, не можешь с этим бороться? — спросила Кристина, когда слезы и всхлипывания постепенно утихли.
— С этим невозможно бороться. Похоже, вся жизнь вокруг складывается таким образом, что в нужный момент я оказываюсь на улице и теряю контроль над собой.
— А ты уверен, что это вообще происходит? Ты не подумай, я тебе верю, но ты иногда можешь ошибаться. Может, это можно объяснить как-то проще? Ну, например — гипноз…
— Да? Завяжи мне глаза. — Сим снисходительно улыбнулся.
— Что?
— Возьми свой шарф и завяжи мне глаза. Я тебе покажу, а ты сама решай, это мне кажется или кажется уже нам вместе.
— А ты уверен… ну, ты знаешь, что делаешь? — сказала Кристина, но все-таки шарф сняла.
— Давай-давай. Завяжи так, чтобы я точно ничего не видел. А теперь отойди в другой угол, возьми любой предмет и брось в меня. Только не ищи коробку со спичками, ее на столе нет.
В душе Кристины стало очень скверно. Она действительно подумала о спичках. Небольшая клипса, сверкнув в воздухе, четко угодила прямо в подставленную руку Сима.
— Это раз, — сказал он, снимая шарф. — Теперь иди сюда, — продолжил он, подходя к окну. — Смотри, вот по улице идут люди, покажи мне любого, и я скажу, что он будет делать дальше.
Кристина в ужасе указала на мужчину в черной куртке. Сим закрыл глаза и расслабился.
— Дойдет до перехода, посмотрит на часы и перейдет улицу перед красным пикапом.
Мужчина продвигался в толпе вдоль домов. Уже казалось, что он проследует дальше, но вдруг остановился, поднял руку и посмотрел на запястье, а потом, как бы спохватившись, повернул в сторону перехода. Из-за дома выехал красный пикап.
Еще несколько раз пальчик Кристины показывал на человека, и тут же Сим предсказывал в подробностях его поведение.
— Это называется "сдвинуть время", — повторил он услышанный раньше термин.
— Так значит, это все правда… — проговорила девушка, — И что же теперь мы будем делать?
— Не знаю. Насколько я понимаю, шансов победить у меня нет, но и спокойно идти, как бык на бойню, я не намерен. Все-таки не все так гладко, как бы хотелось Треугольнику. Я пока еще в своем уме и в монстра не превратился.
— Послушай, это все очень трудно принять, но если это правда, ты уже обладаешь некоторыми качествами… Сим, ты уверен, что ты не монстр?
От этого предположения Сим рассмеялся, но потом задумался и уже без смеха ответил:
— В общем-то, нет. Хотя смотря что считать монстром. Мое "обучение" как-то базируется на моих же рефлексах. С этой позиции я монстром был всегда. Теперь худшее усиливается, а хорошее подавляется. То есть изменения больше количественные, нежели качественные.
— Я имею в виду, что ты по-прежнему себя контролируешь. Это так?
И опять Сим не смог сразу ответить. Да, конечно. Он себя контролирует до какого-то момента, когда власть переходит к Доктору, Треугольнику, Ночному Городу или еще к кому-то, кто заведует его явкой на сеанс.
— Не всегда, — он вынужден был констатировать факт. — И еще это как-то зависит от тебя.
— От меня? А я что могу сделать? Или не делать?
— Ты мой враг, и я должен тебя убить.
— За что? Я же тебе все объяснила. А значит, теперь я тебе не враг. Так?
— Это я знаю. Но вот вопрос: а мои рефлексы это знают? Наверняка — нет.
