Орда встречного ветра полностью

π Эрг метался зигзагами по периметру сифона. Круговой водопад завораживал. Занавес разъяренной пены покрывал внутреннюю часть цилиндра. Рассмотреть глубину было невозможно. Два тела отнесло к дыре меньше чем на полсотни метров. Я хотел закричать, но Эрг их уже увидел. Он вырвал кого-то из воды, как птица на охоте рыбу клювом, и отбросил на сто метров перед нами. Это была Аои! Он бросился к другому парализованному от страха телу, и также отнес его от опасности: Каллироя. Один шест сорвался — группа Степпа. Его, Ларко и Караколя тут же понесло течение, как если бы они летели вниз по ледяной горе. Они сопротивлялись всей своей физической мощью. Лихорадочно колотили ногами и руками по воде в ритме паники. Они хватались за воду, каким-то чудом держались, их относило все ближе к дыре… снова за что-то ухватились и держатся, силы небесные, но вот опять уходят дальше, еще на пять метров ближе к сифону. Им ни за что не выкарабкаться… Но вдруг крыло Эрга пронеслось над Ларко, подхватило его в невероятном пике и отнесло

подальше, на линию за нами, чтобы он мог проскользить по течению прямо к нашему шесту.

— Сюда, Ларко, греби к нам!

) На нем не было лица. Вернее, страх стал его лицом. Отовсюду голоса рубили шум водопада, крики бороздили пространство, вой вырывался из самого нутра, разрывал нам горло… Там, почти на краю обрыва, держались по грудь в воде Караколь и Степп, течение пропахивало воду вокруг них и отталкивало метр за метром все ближе к дыре, как дверь под ударами тарана, они боролись всеми человеческими ресурсами, которые в них были, чтобы не угодить в бездну. Они, похоже, доставали ногами до дна! Затягиваемые сифоном земля и песок сформировали небольшой бортик по краю гигантского колодца — метров тридцать в ширину. Они изо всех сил старались вколотить свои опорные в это паршивое сыпучее дно. Эрг больше ничего для них сделать не мог, на таком расстоянии от сифона он только поставил бы под угрозу свою собственную жизнь, крыло могло закрутить и засосать насосом со дна бездны. Он и не смотрел на них больше, он решил сначала спасти нас, и метал из своего арбамата гарпуны в самый ил, чтобы обеспечить новые точки для швартовки, надежнее, чем наши дрожащие и соскальзывающие шесты.

— Хватайте веревку и плывите за ними! Давайте быстрее! Длины хватит, чтоб до них достать!

π Горст даже думать не стал — отцепился от своего шеста и поплыл кролем по диагонали. Схватил веревку, что болталась на поверхности, и привязался. Даже не проверил, держится ли. Ему было все равно, на какой риск идти. Он скользнул по потоку, пропуская канат меж пальцев, и добрался до Караколя. Степп был слишком далеко, даже

если использовать отвес. Он схватил того, кто обещал ему, что он встретит своего брата Карста на Дальнем Верховье. Того, кто спас его от самоубийства. Он перекинул Караколя через свое брусоподобное плечо, как закидывают добычу на охоте. Вцепился двумя руками в веревку и стал продвигаться по ней против течения своей могучей хваткой…

— Течение слишком сильное! У него ничего не получится!

— Заткнись, Дарбон!

Горст справился… Он оттащил Караколя к нам и даже не ёкнул — непреклонная, стальная воля. Оставался Степп. Отсюда были видны только его плечи и голова, поросшая волосами, как дикой травой, которую Аои старательно срезала каждый день. Степп был крепкий. Степп должен был продержаться. Он был сильный. Все мы выгибались на наших шестах под напором течения, что относило к сифону, опорожняющему озеро. Под нашим общим весом шесты соскальзывали, скребли по дну. Мы так долго не продержимся. Если хоть одна группа слетит в воду, Эрг не сможет всех нас перетащить за пределы зоны. Он и так еле контролировал полет у сифона. Он постоянно вынужден был бороться с эффектом всасывания. К тому же ветер был слишком слабый, чтобы обеспечить динамику полета. Эрг сильно терял высоту, как только брал под свое крыло пассажира…

— Бросьте ему веревку! Веревку для Степпа! — кричала Аои.

— Свезьест! Там Свезьест!

) Никто его не видел, кроме собственной группы, но они ничего не смогли сделать: он соскользнул в воду у них за спинами, самый молодой из фаркопщиков, парень напористый и цепкий, он и плавать-то научился, только

когда мы переправу начали. Вода — не лучший его друг, Пьетро научил фаркопщика плавать кролем, получалось неплохо, но он был небольшого габарита, и размах рук у него был коротковат. Он плыл на пределе своих возможностей, загребал воду руками, но течение, казалось, было еще сильнее, чем прежде, и грубо оттаскивало к пучине, он сопротивлялся, бил ногами и руками об воду, безумно, неэффективно, тело неумолимыми темпами сносило к сифону. Было слишком поздно, чтобы бросить ему веревку, слишком поздно, чтобы мог вмешаться Эрг, который смерил взглядом происходящее и принял решение: не рисковать.

— Свезьест!

— Свез! Свез!