Сегодня Аиша провела очень трудный ритуал по призыву младшего Теневого Перста. И тот, разумеется, выполнил её просьбу, приняв дар, который она ему преподнесла.
Правда, после этого всего отец точно спросит, куда она столько денег потратила. А подпольный рабский рынок всей Швейцарии ещё долго не сможет оправиться от шока – ведь он теперь полностью пустой.
Ну, как полностью… Одни бабы, да дети, а мужчин больше там нет. Она всех выкупила и принесла в жертву. И теперь швейцарские аристократы должны будут долго и упорно искать новые источники "живого товара", чтобы удовлетворять свои извращённые потребности.
Да, она едва жива – это последствия ритуала. Но такая цена – ерунда, по сравнению с тем, что её ждёт впереди. Теперь она получила не только желанный артефакт, но и признание Властелина. Он заметил её. И, что самое главное, – оценил её преданность. Теперь она оказалась ещё на один шаг ближе к своей цели.
– Сука, как же больно… – прохрипела Аиша, с трудом разлепляя губы. – Чтоб вас всех…
Она попыталась приподняться, но тут же свалилась обратно на подушки, застонав от боли, которая пронзила её тело.
– Воды! – хрипло крикнула она.
Одна из "Лунных Теней", молча подойдя к кровати, протянула ей хрустальный бокал с водой. Аиша сделала большой глоток, но вода не принесла облегчения. В горле всё равно першило, а тело продолжало лихорадить.
– Все вон! – рявкнула она на своих телохранительниц, которые суетились вокруг, пытаясь помочь ей. – Не мешайте! И включите прямую трансляцию с камер на площади Вадуца! Я хочу всё видеть!
На большом экране, установленном напротив кровати, появилось изображение центральной площади Вадуца. Аиша, затаив дыхание, наблюдала за происходящим. Её "подарок" Вавилонскому – огромный Теневой Обелиск, излучающий тёмную энергию, – стоял посреди площади, как мрачный монументальный памятник.
И тут в кадр въехал "Скарабей". Аиша, увидев его, довольно усмехнулась. Она сразу узнала этот бронированный автомобиль, который стал настоящей головной болью для приспешников Бобшильда.
Теодор Вавилонский вышел из машины и направился к обелиску.
Она рассмеялась, впрочем, звук этот больше напоминал карканье вороны, чем обычный смех.
Судя по всему, он решил сам с этим справиться. Глупец. Он не понимает, с чем имеет дело!
Она видела, как Вавилонский пытается изучать обелиск.
– Бесполезно, – продолжала она шептать, наслаждаясь моментом. – Ты не сможешь его уничтожить. Не сможешь контролировать. Он поглотит твою энергию и сломает твою волю. Он превратит тебя в своего раба.
На экране Вавилонский, нахмурившись, отступил назад. Аиша рассмеялась.
– Ты боишься, Теодор? – её голос звучал торжествующе. – И правильно делаешь!
Внезапно на экране появился грузовик. Рабочие, послушно выполняя приказы Вавилонского, начали загружать обелиск, упакованный в какой-то земляной кокон.
Аиша попыталась встать, но ноги подкосились, и она чуть не упала.
– Лунные Тени! – прохрипела она. – Ко мне!
В комнату тут же ворвались телохранительницы.
– Что прикажете, госпожа? – спросила одна из них, поддерживая Аишу под руку.
– Сколько сейчас Лунных Теней находится на площади Вадуца? – Аиша с трудом выдохнула вопрос, её голос дрожал от слабости.
– Две, госпожа, – ответила одна из телохранительниц, склонив голову.
Аиша сжала кулаки, ногти впились в ладони, оставляя кровавые следы. Она глубоко вдохнула, собирая остатки сил, и проговорила, чеканя каждое слово:
– Передайте им приказ. Немедленно убить начальника гвардии Вавилонского. Он сейчас на площади, остался там, а не уехал с Теодором. Я хочу, чтобы его голова была у меня. Немедленно!
Телохранительницы кивнули и тут же вышли из комнаты, чтобы передать приказ по защищённой линии связи.
Аиша, чувствуя, как силы окончательно покидают её, откинулась на подушки. Её взгляд был прикован к экрану, где всё ещё мелькали кадры с площади. Она видела, как грузовик с обелиском медленно тронулся с места, увозя её "подарок" прочь.
Но Скала – огромный, как гора, мужчина в сияющей броне – всё ещё стоял на площади, отдавая приказы своим людям.
Внезапно изображение на экране начало мутнеть. Тёмные пятна заплясали перед глазами Аиши, а тело охватила новая волна слабости. Она попыталась что-то сказать, но из горла вырвался лишь слабый хрип. Её веки сомкнулись, и она провалилась в беспамятство, теряя связь с реальностью.
* * *
Дом, милый дом. Точнее, подвал усадьбы, милый подвал. В который я, по доброте душевной, запихнул эту чёртову сферу с Теневым Обелиском внутри.
И вот теперь сижу, разглядываю её и думаю: а не погорячился ли я часом?
– Ну что, красавица, – обратился я к сфере, в которую запечатал Теневой Обелиск, – пришло время познакомиться поближе.
Я снял защиту, разрушив каменную сферу и обнажив обелиск. И тут же почувствовал, как меня обдало волной холодной, тягучей энергии. Концентрация теневой силы в этом помещении стала настолько высокой, что даже у меня, Мага Земли, захватило дух.
"Так, спокойно, без паники, – мысленно приказал я себе. – Ты же Архитектор! Ты справлялся с вещами и посложнее. Просто нужно всё хорошенько обдумать".
