Потёмкин нервно рассмеялся:
– Да, наш государь-батюшка – святой человек. Но если до гнева дойдёт, то головы полетят – мама не горюй! Что делать-то будем, господа?
Керенский пожал плечами, а Мирославский предложил:
– Вавилонского нужно выкрасть или вообще убрать, чтобы прекратить все эти кривотолки. А то чует моя задница, что если мы не разберёмся с этой проблемой как можно быстрее, то проблемы будут уже у нас.
– Да пробовали уже! – отмахнулся Потёмкин. – Даже "Альфу" посылали! Лучших из лучших! И что? А ничего. Вавилонский разделал их под орех.
– Пруссия, вон, тоже свою "Команду любителей пива" посылала, – добавил Керенский. – Там спецы – ого-го! Но и у них ничего не срослось. Есть сведения, что Вавилонский их в плен взял. Так кого посылать ещё, если они все там, в этом Лихтенштейне, пропадают?
Князь Милославский внезапно улыбнулся:
– Господа, у меня есть идея! Есть у меня один человечек… Он кого угодно из-под земли достанет. Без мыла в любую жопу залезет и порвет ее на немецкий крест, ха-ха-ха!
– Кто такой? – в один голос спросили Потёмкин и Керенский.
– Позывной "Ликвидатор", может, слыхали?
Услышав это прозвище, Потёмкин и Керенский переглянулись. Их лица мгновенно стали серьёзными.
– Ликвидатор… – пробормотал Потёмкин. – Я слышал, что он якобы давно мёртв.
– А по моим данным, он на "пенсии". Отошёл от дел, – добавил Керенский.
Милославский рассмеялся.
– Всё с ним нормально. Просто в последнее время он предпочитает находиться в тени. Но я знаю, как его найти. И как убедить взяться за дело.
Канцлер Пруссии Отто фон Мисбарк – человек, чьё имя вызывало трепет у монархов и политиков всей Европы, с недоумением разглядывал документ, лежащий перед ним. Его густые брови, как две разъярённые гусеницы, поползли к переносице, грозясь столкнуться в смертельной схватке.
– Что это, мать вашу, такое?! – прорычал он.
Перед канцлером, почтительно склонив головы, стояли офицеры разведки.
– Ваше Превосходительство, – начал один из них, заикаясь, – …это послание из Лихтенштейна. От исполняющего обязанности главы княжества, Теодора Вавилонского.
– Я вижу, что это послание! – рявкнул Мисбарк, брызжа слюной. – Я спрашиваю, что это, мать вашу, за послание такое?! Кто этот Вавилонский вообще такой, что смеет писать мне в таком тоне?!
– Он… он обвиняет нас, Ваше Превосходительство, – продолжил офицер, с трудом сдерживая дрожь в голосе, – …в провокации. А ещё… он называет "Команду любителей пива" диверсионной группой, и "пишет", что они у него в плену.
Канцлер был в ярости. "Команда любителей пива" – это была его личная гордость. Он лично утверждал каждого бойца, лично контролировал их подготовку, лично снабжал их лучшим баварским пивом. И теперь… теперь они в плену! У какого-то сопляка Вавилонского! Это был не просто провал, это был позор для всей Пруссии!
– Немедленно поместите этого Бобшильда в одиночную камеру! Пусть посидит и подумает о своём поведении.
– Бобшильда? – удивились офицеры. – Но, Ваше Превосходительство, он же российский князь. Он…
– Мне плевать, кто он такой! – рявкнул Мисбарк. – Он втянул нас в это дерьмо! И он за это ответит!
– Есть, Ваше Превосходительство! – офицеры, отдав честь, поспешили выйти из кабинета.
Канцлер же, оставшись один, с тяжёлым вздохом закрыл глаза.
"Чёрт бы побрал этот Лихтенштейн," – подумал он. – "Один сплошной головняк."
Последнее сообщение от "пивняков" было… хм… странным. Они докладывали, что нашли что-то чрезвычайно ценное и важное! И что они выходят на поверхность, чтобы как можно скорее передать это "нечто" лично в руки канцлера.
А в итоге пришла петиция от Лихтенштейна, подписанная исполняющим обязанности правителя княжества Вавилонским.
"Многоуважаемый господин канцлер! – гласили некоторые строчки из послания. – Не соблаговолите ли Вы объяснить, какой именно частью Вашего великого прусского ума пришла идея отправить к нам Ваших 'любителей пива'? Быть может, той самой, которой Вы обычно сидите на троне?
…Ваши доблестные вояки, кстати, уже наслаждаются нашим гостеприимством – правда, за решёткой. В следующий раз, когда захотите нанести визит, просто пришлите официальный запрос – это будет гораздо цивилизованнее, чем отправлять пьяных шпионов.
С искренним недоумением и неизменным почтением, Теодор Вавилонский".
Мисбарк, прочитав это послание, чуть не захлебнулся от злости.
– Да как он смеет?! – прорычал он. – Этот выскочка! Этот сопляк! Он мне нотации читать вздумал?! Мне, человеку, которого уважают и боятся все правители мира?!
В этот момент в кабинет вошли министр иностранных дел Вернер и министр обороны Пруссии Роше. Увидев состояние канцлера, они с опаской подошли к столу.
– Ваше Превосходительство… – спросил осторожно министр обороны. – Вы в порядке? Что-то случилось?
– Случилось?! Ах да, с "Командой любителей пива" определённо что-то случилось. И мне хотелось, чтобы вы уже начали с этим что-то делать!
