Скала усмехнулся. «Нелояльность». Это слово в устах Бобшильда означало лишь одно — честность и преданность княжеству, а не к нему лично.
За время своей службы Соболев заработал репутацию человека, способного раскрыть практически любой заговор ещё до того, как заговорщики успеют собраться на первую встречу. Но самое интересное было не в его послужном списке, а в том, что случилось после ухода из спецслужб.
Три года назад Корнев просто исчез. Ходили слухи, что он отправился в тибетские монастыри изучать древние практики. Другие утверждали, что видели его в джунглях Амазонки. Правда оказалась куда прозаичнее и одновременно удивительнее — он провёл это время, путешествуя по местам силы Европы, изучая старинные манускрипты и… развивая свой Дар.
Да, Соболев обладал редкой магической способностью — он мог чувствовать ложь. Не просто распознавать её по мимике или голосу, как учат на курсах профайлинга, а именно ощущать её всем своим существом, как фальшивую ноту в симфонии. Этот Дар делал его непревзойдённым специалистом по безопасности, но именно он же чуть не свёл его с ума в мире современной политики и дипломатии.
Скала усмехнулся, читая характеристику Соболева:
«Патологически честен. Не идёт на компромиссы в вопросах безопасности. Имеет привычку говорить правду в лицо, невзирая на чины и звания. Получил выговор после того, как назвал министра иностранных дел Лаврушкина „дебилом“ прямо на заседании Совета Безопасности. Причиной конфликта стал отказ министра прислушаться к предупреждению о готовящемся теракте в посольстве Российской Империи в Лондоне.»
Но что действительно зацепило Скалу, так это последняя запись в досье. Полгода назад Соболев спас группу туристов в горах Норвегии от схода лавины. Причём сделал это буквально за несколько минут до самого происшествия, выведя людей с опасного маршрута. На вопрос журналистов, как он узнал о грядущей опасности, Соболев лишь пожал плечами и сказал: «Горы не умеют лгать».
После этого случая исчез снова, но уже оставил способ связаться с ним — старомодный почтовый ящик в маленькой деревушке недалеко от Тронхейма.
Скала откинулся на спинку кресла и побарабанил пальцами по столу. Вот он — тот самый человек, который нужен Теодору. Профессионал высочайшего класса с уникальным Даром, человек принципов, не боящийся говорить правду.
«Ну что ж, господин Соболев», — пробормотал Скала, доставая из ящика стола шариковую ручку, — «посмотрим, заинтересует ли вас наше предложение».
Он знал, что такому, как Соболев будет непросто работать с Теодором — два сильных характера, два независимых ума. Но может быть, именно это и нужно? Человек, который не побоится спорить с главой государства, если увидит в этом необходимость.
Скала начал писать письмо, тщательно подбирая каждое слово. Он понимал — от того, как он составит это послание, зависит, получит ли Лихтенштейн уникального специалиста по безопасности или потеряет возможность привлечь его навсегда.
⁂
После работы во дворце я сразу отправился в лавку, а не домой. Нужно было как можно быстрее наклепать новых големов. В лавке же для этого всё было готово: материалы, инструменты, оборудование.
Подъехав к Торговой площади, я невольно присвистнул. Перед моей лавкой выстроилась огромная очередь. Китайцы, индонезийцы, даже парочка индусов — все они, недовольно переминаясь с ноги на ногу, ждали момента, когда смогут наконец попасть внутрь.
— Что за хрень здесь творится? — пробормотал Боря, выискивая свободное место для парковки. — Сегодня что, чёрная пятница?
Я попытался пробраться к входу, но меня тут же остановил похожий на сумоиста китаец, преградив мне путь своим массивным телом.
— Эй, ты куда⁈ — возмутился он. — Очередь! Ждать!
Другие покупатели, услышав наш разговор, тоже начали возмущаться.
— Да, да! Очередь!
— Все ждут!
— Нельзя без очереди!
«Да ну нахрен!» — подумал я и, развернувшись, направился к казармам. Через пять минут, выйдя из подземного туннеля, я уже был в мастерской, а оттуда поднялся в торговый зал лавки.
В этот момент один из покупателей, мужчина средних лет в дорогом костюме, повернулся ко мне.
— Вы как пройти? — спросил он на ломаном русском. — Я три часа стоять на улица, чтобы зайти!
— Господин, — Семён Семёнович с важным видом откашлялся, — … это Теодор Вавилонский, владелец этой лавки. И у него… гхм… свои пути.
Мужик, услышав это, расплылся в улыбке.
— О, Вавилонский! Вы… этот Вавилонский! Тот, кто строит… как сказать… крепости! Я рад видеть вас! У меня есть предложение для бизнеса! Очень хороший, я думаю!
Я вздохнул. Дел было много, и мне не хотелось сейчас тратить время на клиентов. Но и игнорировать их я тоже не мог. Лавка — это деньги. А деньги сейчас были очень нужны. Поэтому я сказал:
— Чем могу быть полезен?
— Я — купец, — начал он. — Моя дочь… она выходить замуж. Её муж… он герой! Получать титул за заслуги. Я хотеть подарить им… семейный алтарь. Я готов платить любые деньги!
— Любые? — я с интересом посмотрел на него. — Насколько любые?
— Десять миллионов рублей!
Услышав эту сумму, я аж присвистнул.
