Стоя под холодным душем, во мне созревало одно единственное предложение,
разбитое на порцеляцию:
- Найти. Унизить. Убить. – Сказал, в конце концов, я. – Вот только сде-
лать это красиво, на стиле.
Игра встретила меня привычным коннектом через чѐрный экран, заставив
вспомнить о «комнате разработчиков». Помнится, кто-то мне говорил, что
через это прошѐл КАЖДЫЙ игрок, успешно завершив процедуру. И никакая это
не «комната разработчиков», а просто системный аппендикс с определенным
назначением. Почему моя активация сбилась? Да кто же его знает. Только
вот у тех, кто такое было, через двенадцать часов проводилась повторная
процедура, а у меня нет. Следовательно, привязка моего тела к персонажу
не прошла. Следовательно, в базе активных игроков меня нет даже в строчке
«офлайн». Следовательно, я могу творить неведомую хрень и не бояться при-
нудительного отключения. Забавно.
С каждым, дошедшим до моего упоротого мозга, фактом, я начинал чувство-
вать себя марионеткой в чьих-то руках. И этими руками руководила какая-то
забавная саркастическая кислотная личность, скорее всего под какими-то
запрещѐнными веществами. И нет, Насте и еѐ протеже далеко до такого уров-
ня.
Наконец-то меня выкинуло в верхнем зале Башни. В комнате, к моему удив-
лению, не было только Пѐпла. Даже не виденных ранее Ёлку и Морга я узнал.
Первая – девчонка лет двадцати пяти, сидящая на краешке стола о чѐм-то
увлечѐнно разговаривающая с Рэд. Из асссинской формы у девушки был только
плащ на плечах. Гольфы в чѐрно-бело-фиолетовую полоску, кожаная юбка на
две ладони выше колена, черный шипованый ошейник. Если не смотреть, что
надето посередине, можно сделать вывод, что перед вами типичная эмо. Но
строгий чѐрный пиджак, блондинистые волосы и стрижка в стиле «секретарша
большого босса», резко резонировали с остальным гардеробом, напрочь от-
ключая стереотип «судим по внешности». Второй парень-шкафчик, чем-то на-
поминающий Немо. У этого, как раз, с формой всѐ было хорошо, вот только
солдафонская выправка пѐрла из всех щелей и была видна не вооружѐнным
глазом. Почему-то представив его крадущимся по крыше в поиске жертвы, мне
стало смешно на столько, что я не смог сдержать, чем, в общем-то и обра-
тил на себя внимание.
- День добрый. Как у вас дела?
Надо отдать должное, компания не растерялась.
- Ну, привет. – Сказала Фокс. – Ты рано.
- Немножко изменились планы. – Пожал плечами я, садясь в кресло. – Что
нового?
45
- На тебя разнарядка пришла. – Ответила Рэд. – Помнишь комнату, в кото-
рой инициацию проходил? Спустись туда, цвет присваивать будут. Кстати,
познакомься, наши самые серьѐзные бойцы в открытом бою.
- А вы и таким боем занимаетесь? – Спросил я парня. – Ты же Морг?
Девушка в чулках кашлянула, привлекая внимание.
- Вообще-то, Морг – это я. А оно Ёлка. – Сказала она, улыбаясь.
- В смысле оно!? – И почувствовал, как рука, которую я всѐ ещѐ держу,
начала истончаться.
Через пару секунд передо мной стояла девушка ростом метра полтора с яр-
ко-зелеными глазами, серыми распущенными ниже плеч волосами и каким-то
странным выражением лица, будто всѐ происходящее вокруг еѐ не касается.
- Мы так и не поняли, мальчик это или девочка. – Грустно сказала Рэд. –
Лицедеит постоянно, не разговаривает, с нами сидит очень редко. В боях
один на один профессионал. Дерется – заглядение.
Лифтовая руна доставила меня в уже знакомое помещение с погребным люком,
который беззвучно уехал в сторону. В подвальной комнате всѐ ещѐ сидел тот
же самый Ассасин, а на столе светилась пирамидка.
- Готов к самому важному этапу инициации? - Хрипло спросил он, открывая
толстую книгу с ветхим переплѐтом. – После этого ты станешь не просто но-
сителем класса Ассасин.
- Я готов.
- Ты знаешь, что делать.
Уже в третий раз мне пришлось распарывать ладонь ради каких-то там игро-
вых ништяков. В этот раз вместо сиреневого тумана, веселящего меня каждый
раз, как попадался на глаза, пирамидка обесцветилась. В еѐ центре появи-
лась едва заметная точка, начавшая расти на глазах. Вот уже в призме за-
вис чѐрный шарик, а потом резко расширился, заполнив пирамидку непрони-
цаемым чѐрным цветом.
- Удивительно. – Прошуршал Ассасиин. – Чѐрный цвет, без примесей.
- Что это значит? – Спросил я, потирая запястье с шестиугольной татуи-
ровкой.
НПС махнул головой в шлеме-респераторе, перелистнув страницу в книге.
- Носителей чистого цвета всего семь. Лучшие и перспективные Ассасины.
Ассасины-охотники. Ниже них носители имени животного того цвета, которого
заслуживают. Ещѐ ниже Мастера, которые добиваются высот не талантом, а
мастерством и усердностью. Но выше всех ценятся три цвета: Красный, Се-
рый, Чѐрный. Из которых Чѐрный единоличный правитель ордена, наследник
Феникса в этом и всех остальных мирах.
Только после нажатия я понял, что сделал.
