Путь до Деревенской Рощи был недолгим, по крайней мере так говорил Тиамак. Утро выдалось ясное и теплое, но все же ганту удалось полностью испортить настроение Мириамели. Он напомнил ей, насколько своеобразна и чужда сухоземельцам природа страны болот. Это был не ее дом. Может быть, Тиамак и мог счастливо жить здесь, хотя принцесса и в этом глубоко сомневалась, но уж сама она — никогда.
Вранн, действуя веслом как шестом, ловко вел маленькую лодку через лабиринт переплетающихся проток и ручейков, каждый из которых был надежно укрыт зелеными стенами растительности, покрывавшей неустойчивые песчаные берега — плотные стены бледных камышей и темных стеблей, на которых красовались яркие, но тем не менее какие-то болезненные цветы — так что каждый раз, когда лодка сворачивала, предыдущий ручей скрывался из виду почти так же быстро, как корма лодки переходила в новое русло.
Вскоре по обеим сторонам протоки стали появляться первые дома деревни. Некоторые были построены на деревьях, как и дом Тиамака, другие стояли на сваях из древесных стволов. Миновав несколько домов, Тиамак подвел лодку к причалу одной из больших свайных хижин и позвал:
— Роахог!
Когда ответа не последовало, вранн принялся стучать рукояткой весла по одной из свай; грохот спугнул нескольких ярких птиц, которые с криком поднялись в воздух, но в доме никто не отвечал. Тиамак позвал еще раз и огорченно пожал плечами.
— Горшечника нет дома, — сказал он. — В других домах, кажется, тоже никого не было. Может быть, на пристани собрание?
Они двинулись дальше. Теперь дома стояли ближе друг к другу. Некоторые строения казались составленными из множества домиков, самых разнообразных размеров и форм, которые когда-то пристроили к основной хижине. В стенах этих безумных сооружений зияли грубо прорубленные окна, и все это походило на гнездовья скальных сов. Около некоторых домов Тиамак останавливал лодку и звал, но ни разу никто не откликнулся.
— Пристань, — твердо сказал вранн, но Мириамель подумала, что он выглядит сильно встревоженным. — Они должны быть на пристани.
Пристань оказалась огромным плоским доком, доходящим до середины протоки в самой широкой ее части. Дома тесно сгрудились вокруг нее, и даже насамой пристани кое-где виднелись камышовые крыши. Мириамель подумала, что в базарный день это местомогло использоваться как конюшня у горожан. Были и другие приметы того, что недавно здесь кипела жизнь — в тени листвы стояли ярко раскрашенные корзины, на концах привязей раскачивались лодки — но нигде не было видно ни одного человека.
Тиамак явно был потрясен.
— О, Те Кто Наблюдают и Творят! — выдохнул он. — Что здесь могло произойти?
— Они пропали? — Мириамель огляделась. — Как может пропасть целая деревня?
— Ты не видела севера в этом году, моя леди, — сурово сказал Изгримнур. — На Фростмарше полно домов, похожих на прохудившиеся кастрюли.
— Но тех людей выгнала война! А здесь ведь нет никакой войны, во всяком случае пока что.
— Кое-кто на севере действительно был изгнан войной, — пробормотал Кадрах. — Других заставило покинуть дом нечто иное, и об этом труднее говорить. Страх в наши дни гуляет повсюду.
— Я не понимаю, — Тиамак потрясенно покачал головой, как будто все еще не мог поверить. — Мой народ никуда не стал бы убегать, даже если бы боялся войны — хотя я сомневаюсь, что они хоть когда-нибудь слышали о ней. Здесь наша жизнь. Куда нам идти?
Внезапно Камарис встал, раскачав лодку и сильно испугав своих спутников, но старик, выпрямившись, просто потянулся и сорвал желтый стручок, висевший у него над головой. Потом он снова сел и принялся разглядывать свою добычу.
— Что ж, по крайней мере лодки остались здесь, — сказал герцог Изгримнур. — Это то, что нам нужно. Меньше всего я хочу быть жестоким, Тиамак, но нам придется выбрать одну из них и продолжать путь. Как ты говорил, мы оставим нашу лодку взамен. — Он нахмурился, стараясь найти наиболее джентльменский выход из положения. — Может быть, ты напишешь им письмо на одном из твоих пергаментов или что-нибудь в этом роде — чтобы дать им знать, что мы сделали.
Некоторое время Тиамак молча смотрел на герцога, как будто он внезапно полностью позабыл вестерлинг.
— О, — проговорил наконец вранн, — новая лодка. Да, конечно. — Он покачал головой. — Я знаю, что нам надо спешить, герцог Изгримнур, но, если вы разрешите, я задержусь здесь ненадолго. Мне хочется посмотреть, не оставили ли мои сестры или кто-нибудь другой хоть одного знака относительно того, куда они делись.
— Ну… — Изгримнур окинул взглядом покинутую деревню. Мириамель подумала, что ему не очень-то хочется отпускать Тиамака. Действительно, в этих пустых домах было что-то жутковатое. Казалось, их обитатели исчезли так внезапно, как будто их сдуло ветром. — Я думаю, в этом не будет ничего дурного. Да, мы ведь думали, что это займет у нас весь день. Да, конечно.
— Спасибо, — Тиамак кивнул. — Я бы чувствовал… — Он сбился и начал снова: — До сих пор я еще не делал для своего народа всего, что было в моих силах. Было бы нехорошо просто взять плоскодонку и уплыть.
