Железнов подошел к мотоциклисту, который по команде Виктора уже ждал его за бунгало на выложенной камнем площадке. Взглянул на его идентификатор – крупные черные цифры на груди оранжевой униформы – 58. «Не свезло…» – мелькнула ленивая мысль – всем цифрам Железнов предпочитал простые… Сел на место пассажира, положил руки на плечи «водителя кобылы», бросил – «Ship» и отключился от реальности. «Неполоманная жизнь…»
Кораблик прилично болтало. Железнов устроился в самом дальнем углу нижней палубы, на корме, спиной ко всем. В море ветер набрал силу, и брызги летели в Железнова со всех сторон: и с бортов, и с кормы. Сбившиеся в кучку в центре палубы шведы с непониманием посматривали на странного русского, абсолютно мокрого, с незатухающей сигаретой в зубах – каждую последующую Железнов прикуривал от предыдущей.
Уже прошло два месяца… Но Железнов помнил каждое слово из последнего послания Маши.
From: Masha.MariaNikolaevna@gmail.com
To: Azheleznov@tv-telecompany.ru
Time: 09:27
Саша,
сегодня ночью в моей жизни прозвучало слово «развод». Или я прекращаю общаться с тобой, или – «развод». Ты же знаешь – я не умею обманывать.
Саша, я не могу поступить по-другому: с одной стороны ты, а с другой – дети, папа, мама, семья.
Я не могу сломать свою жизнь.
Прощай.
From: Azheleznov@tv-telecompany.ru
To: Masha.MariaNikolaevna@gmail.com
Time: 10:15
Живи неполоманной…
В такт качке суденышка в голове у Железнова зациклилось: «Я не могу сломать свою жизнь… Живи неполоманной…»
Очнулся Железнов в номере – звонил внутренний телефон. Медленно-медленно, как будто из тумана начали прорисовываться окно… Дверь… Тумбочка с телевизором… Встроенный шкаф.
«Ага… Номер… мой… Кровать… Я сижу на кровати… А это… Это футболка… мокрая… В руках…»
Что-то очень сильно раздражало… Настойчиво колотило по голове… Железнов поднялся, футболка выскользнула из рук… Давление извне не отпускало… И росло… Железнов закрыл глаза, резко тряхнул головой, пытаясь сбросить это нечто, прорывающееся в его голову, и… И тут пелена спала, и он услышал телефон.
– Але, Леш… – Никто другой Железнову звонить и не мог, Лешка был «по связям с общественностью» между Железновым и всеми остальными. – Минут десять терпит? Хорошо. Я перезвоню через десять минут.
Железнов положил трубку, скинул с себя все и направился в душ: горячая… Холодная… Горячая… «Саша, если ты не хочешь жалостливых взглядов… А ты их не хочешь… Они же ничего не знают и не обязаны входить в твое положение… Еще не хватало дожить до фразы: «А какой мужик был…» Все! Собрался! Зажался! Ощетинился! Да-да… Ощетинился против себя… за род мужской».
Выйдя из душа, Железнов налил на два пальца местного виски, то еще пойло, залпом выпил, закурил сигарету. Мысли продолжали бессвязно перескакивать с одного на другое: «…Они хорошие ребята, понимают, что с тобой что-то не так… Но даже не догадываются,
Железнов набрал внутренний номер Лешки – из-за стенки ничего не было слышно. Звукоизоляция, кондиционеры и кровати тут были на уровне. Они проживали в одном бунгало, разделенном на две части, с отдельными выходами в тропический парк с пальмами, лианами и прочими орхидеями, в котором стояло еще десятка три подобных домиков.
Лешка не сразу взял трубку – по-видимому, сидел в Интернете.
– Леш, я готов. Хорошо… Выхожу.
Увидев на улице вываливающийся из Лешкиной половины улыбающийся, как их окрестил Железнов, «нелюбовный пятиугольник» – Кешку, Наталью, Катю, Юльку и самого Лешу, Железнов понял, что не в Интернете он сидел.
– Ну что, к разврату в секс-столице мира готовы?
– Да мы уже практически начали. – Юлька, тридцатилетняя пышногрудая шатенка с зелеными глазами и прекрасной фигурой, рассмеялась. – Но быстро поняли, что с этими хлюпиками, – кивок в сторону Кешки, который и впрямь обладал аскетичной фигурой, – каши не сваришь.
– Здесь вам не Россия, здесь каши не варят, – попытался за друга парировать Лешка.
– Ну, хорошо, лобстеров не сваришь.
Все рассмеялись.
Железнову явно нравилась эта компания без выраженных предпочтений и симпатий, в зависимости от настроения разбивающаяся на произвольные кластеры для совместного времяпровождения без пошлости и перекрестного секса. По правде говоря, Железнов вообще не замечал, чтобы кто-то стремился уединиться.
– У меня есть одна наводка, – прорезался Лешка, – клуб трансвеститов, как говорят, с интересной программой.
– Индивидуальной? Леша! Неужели ты хочешь отыметь мужика?! – У Юльки было явно хорошее настроение. – Раньше я не замечала за тобой такого.
– Обзавидовалась! – Глаза у Лешки смеялись. – Сама-то не можешь. У них все как у женщин.
– Только голос – мужской. Ну и фигурки не фонтан – крупноватые несколько.
– Хорошо, – вмешался Железнов, – едем. Далеко?
– Да нет. У них тут все вокруг Уокинг-стрит.
